Śrī-Varāha
आदावहं व्योम महत् ततोऽणुं- रेकैव मत्तः प्रबभूव बुद्धिः । त्रिधा तु सा सत्त्वरजस्तमोभिः पृथक्पृथक्तत्त्वरूपैरुपेता
तस्मिंस्त्रिकेऽहं तमसो महान् स सदोच्यते सर्वविदां प्रधानः । उतस्मादपि क्षेत्रविदूर्जितोऽभूद् बभूव वुद्धिस्तु ततो बभूव
तस्मात्तु तेभ्यो श्रवणादिहेतवस् ततोऽक्षमाला जगतो व्यवस्थिता । भूतैर्गतैरेव च पिण्डमूर्ति- र्मया भद्रे विहिता त्वात्मनैव
शून्यं त्वासीत् तत्र शब्दस्तु खं च तस्माद् वायुस्तत एवानु तेजः । तस्मादापस्तत एवानु देवि मया सृष्टा भवती भूतधात्री
योगे पृथिव्या जलवत् ततोऽपि सबुद्बुदं कललं त्वण्डमेव । तस्मिन् प्रवृत्ते द्विगतेऽहमासी- दापोमयश्चात्मनात्मानमादौ
सृष्ट्वा नारास्ता अथो तत्र चाहं येन स्यान्मे नाम नारायणेति । कल्पे कल्पे तत्र संयामि भूयः सुप्तस्य मे नाभिजः स्याद् यथाद्यः
ādāvahaṃ vyoma mahat tato'ṇuṃ- rekaiva mattaḥ prababhūva buddhiḥ | tridhā tu sā sattvarajastamobhiḥ pṛthakpṛthaktattvarūpairupetā
tasmiṃstrike'haṃ tamaso mahān sa sadocyate sarvavidāṃ pradhānaḥ | utasmādapi kṣetravidūrjito'bhūd babhūva vuddhistu tato babhūva
tasmāttu tebhyo śravaṇādihetavas tato'kṣamālā jagato vyavasthitā | bhūtairgataireva ca piṇḍamūrti- rmayā bhadre vihitā tvātmanaiva
śūnyaṃ tvāsīt tatra śabdastu khaṃ ca tasmād vāyustata evānu tejaḥ | tasmādāpastata evānu devi mayā sṛṣṭā bhavatī bhūtadhātrī
yoge pṛthivyā jalavat tato'pi sabudbudaṃ kalalaṃ tvaṇḍameva | tasmin pravṛtte dvigate'hamāsī- dāpomayaścātmanātmānamādau
sṛṣṭvā nārāstā atho tatra cāhaṃ yena syānme nāma nārāyaṇeti | kalpe kalpe tatra saṃyāmi bhūyaḥ suptasya me nābhijaḥ syād yathādyaḥ
«Вначале я — великое пространство, затем атом; и одна лишь буддхи возникла от меня, трояко снабжённая порознь обликами таттв — саттвой, раджасом и тамасом. В этой троице от тамаса — великий, который у всеведущих всегда зовётся первенствующим; и от него же стал знающий поле, могучий, и от того возникло разумение. От того же, от них, — причины слуха и прочего; оттуда установлена череда чувств мира, и именно ушедшими стихиями устроен мною, о благая, телесный образ — и собою же. Пусто было там; звук же — и пространство; из него ветер, оттуда следом огонь; из него воды, а оттуда, о богиня, сотворена мною ты, держательница существ. При соединении с землёю, водою же, — с пузырями зародышевая влага и самое яйцо; и в нём, начавшемся и надвое разошедшемся, был я, водоподобный, собою себя вначале. Сотворив те воды-нары, и я — вот отчего стало моим имя „Нараяна“. Из кальпы в кальпу прихожу туда снова, и у меня спящего бывает рождённый из пупа, как первый».
da531345bc1c · प्रकाशित 3 सित॰ 2026, 7:15:47 pm UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Ход творения дан здесь не как список ступеней, а как перечисление того, чем Говорящий Сам последовательно оказывается: «вначале я — великое пространство, затем атом». Не «я сотворил пространство», а «я есть пространство». Разница существенная: мир не выставляется наружу, как изделие, он разворачивается изнутри, и потому дальше окажется возможным показать его во чреве Вепря.
Порядок стихий назван строго: пространство, ветер, огонь, воды — и только затем земля. Земля стоит последней не по малости, а потому, что она плотнее всех и держит на себе остальное; оттого ей и сказано «сотворена мною ты, держательница существ». Собеседница не слушает про постороннее — ей рассказывают, откуда взялась она сама, и это придаёт всей космологии оттенок разговора о родстве, а не о механике.
Середина стиха объясняет имя. Воды зовутся нара, они — «сыны человека», первого; они стали Его ложем, ayana, и от этого — Нараяна. Имя, которое звучало в первой главе как обращение, здесь получает смысл: оно не титул, а указание на то, где Он лежит и над чем. И конец возвращает к уже виденному: спящий, а из пупа — рождённый первым. То, что Земля видела глазами, теперь названо словом; порядок этих двух шагов — сперва увидеть, потом понять — держится с самого начала книги.