śrīśuka uvāca
यदा प्रचेतसः पुत्रा दश प्राचीनबर्हिषः
अन्तःसमुद्रादुन्मग्ना ददृशुर्गां द्रुमैर्वृताम्
द्रुमेभ्यः क्रुध्यमानास्ते तपोदीपितमन्यवः
मुखतो वायुमग्निं च ससृजुस्तद्दिधक्षया
ताभ्यां निर्दह्यमानांस्तान् उपलभ्य कुरूद्वह
राजोवाच महान् सोमो मन्युं प्रशमयन्निव
yadā pracetasaḥ putrā daśa prācīnabarhiṣaḥ
antaḥsamudrādunmagnā dadṛśurgāṃ drumairvṛtām
drumebhyaḥ krudhyamānāste tapodīpitamanyavaḥ
mukhato vāyumagniṃ ca sasṛjustaddidhakṣayā
tābhyāṃ nirdahyamānāṃstān upalabhya kurūdvaha
rājovāca mahān somo manyuṃ praśamayanniva
«Когда Прачеты, десять сыновей Прачинабархи, вынырнув из глуби моря, увидели землю, покрытую деревьями, — гневаясь на деревья, они, чья ярость была разожжена подвижничеством, извергли из уст ветер и огонь, желая их спалить. Увидев деревья, сжигаемые теми двумя, о украшение Куру, великий царь Сома сказал, как бы унимая их ярость».
073405ecdd25 · опубликовано 14 авг. 2026 г., 18:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Тапах-дипита-маньявах — «чья ярость разожжена подвижничеством». Оборот стоит того, чтобы над ним задержаться: подвиг не остудил, а раздул. Накопленный жар нашёл себе выход в гневе, и это самая обычная его судьба.
Вина деревьев в том, что они выросли, пока подвижники были под водой. Никакого злодейства нет; провинилась сама заросль, поднявшаяся за время отсутствия хозяев.
Мукхатах вайум агним ча — «из уст ветер и огонь». Оружие названо по порядку действия: сперва ветер, потом огонь. Так и поджигают.
Останавливает их не Господь и не Брахма, а сома — месяц, тот, кому подчинены растения и соки. Заступником оказывается непосредственный хозяин дела.