अस्तौषीद्धंसगुह्येन भगवन्तमधोक्षजम्
तुभ्यं तदभिधास्यामि कस्यातुष्यद्यथा हरिः
नमः परायावितथानुभूतये गुणत्रयाभासनिमित्तबन्धवे
अदृष्टधाम्ने गुणतत्त्वबुद्धिभिर् निवृत्तमानाय दधे स्वयम्भुवे
न यस्य सख्यं पुरुषो ऽवैति सख्युः सखा वसन् संवसतः पुरे ऽस्मिन्
गुणो यथा गुणिनो व्यक्तदृष्टेस् तस्मै महेशाय नमस्करोमि
astauṣīddhaṃsaguhyena bhagavantamadhokṣajam
tubhyaṃ tadabhidhāsyāmi kasyātuṣyadyathā hariḥ
namaḥ parāyāvitathānubhūtaye guṇatrayābhāsanimittabandhave
adṛṣṭadhāmne guṇatattvabuddhibhir nivṛttamānāya dadhe svayambhuve
na yasya sakhyaṃ puruṣo 'vaiti sakhyuḥ sakhā vasan saṃvasataḥ pure 'smin
guṇo yathā guṇino vyaktadṛṣṭes tasmai maheśāya namaskaromi
«Он восхвалил Адхокшаджу гимном Хамса-гухья; я скажу его тебе — тот, каким Хари был доволен. „Поклон Высшему, чьё постижение не бывает ложным; родному, что стал поводом для отсвета трёх достоинств; чьей обители не видно, кого не измерить разумениями, считающими достоинства сутью, — Самосущему слагаю поклон. Чьей дружбы не постигает человек — друг, живущий с другом в этом городе, — как достоинство не постигает обладателя достоинств, чьё зрение явно: тому великому Владыке кланяюсь“».
1e1d6df065ec · опубликовано 14 авг. 2026 г., 18:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Хамса-гухья — «тайна лебедя», или «сокрытое от лебедя». Хамса — и лебедь, и дыхание, и освобождённый; название говорит, что скрыто это даже от тех, кто, казалось бы, всё различает.
В двадцать четвёртом стихе — образ, ради которого стоит читать всю главу: сакха васан самвасатах пуре асмин — «друг, живущий с другом в этом городе». Двое живут в одном теле, и один из них не знает, что второй ему друг. Не «не видит Бога», а не догадывается о дружбе.
Сравнение при этом подобрано без всякой возвышенности: гунах ятха гунинах — как свойство не знает того, чьё оно. Сладость не знает мёда, хотя без мёда её нет.
Нимитта-бандхаве — «родичу, [ставшему] поводом». Слово бандху значит и «родня», и «связующее». Он назван роднёй прежде, чем причиною, — и это задаёт тон всей хвале.