चतुर्धा व्यस्य बोध्याय याज्ञवल्क्याय भार्गव
पराशरायाग्निमित्र इन्द्रप्रमितिर् आत्मवान्
अध्यापयत् संहितां स्वां माण्डूकेयम् ऋषिं कविम्
तस्य शिष्यो देवमित्रः सौभर्य्-आदिभ्य ऊचिवान्
शाकल्यस् तत्-सुतः स्वां तु पञ्चधा व्यस्य संहिताम्
वात्स्य-मुद्गल-शालीय- गोखल्य-शिशिरेष्व् अधात्
जातूकर्ण्यश् च तच्-छिष्यः स-निरुक्तां स्व-संहिताम्
बलाक-पैल-जाबाल- विरजेभ्यो ददौ मुनिः
बाष्कलिः प्रति-शाखाभ्यो वालखिल्याख्य-संहिताम्
चक्रे वालायनिर् भज्यः काशारश् चैव तां दधुः
बह्वृचाः संहिता ह्य् एता एभिर् ब्रह्मर्षिभिर् धृताः
श्रुत्वैतच्-छन्दसां व्यासं सर्व-पापैः प्रमुच्यते
caturdhā vyasya bodhyāya yājñavalkyāya bhārgava
parāśarāyāgnimitra indrapramitir ātmavān
adhyāpayat saṃhitāṃ svāṃ māṇḍūkeyam ṛṣiṃ kavim
tasya śiṣyo devamitraḥ saubhary-ādibhya ūcivān
śākalyas tat-sutaḥ svāṃ tu pañcadhā vyasya saṃhitām
vātsya-mudgala-śālīya- gokhalya-śiśireṣv adhāt
jātūkarṇyaś ca tac-chiṣyaḥ sa-niruktāṃ sva-saṃhitām
balāka-paila-jābāla- virajebhyo dadau muniḥ
bāṣkaliḥ prati-śākhābhyo vālakhilyākhya-saṃhitām
cakre vālāyanir bhajyaḥ kāśāraś caiva tāṃ dadhuḥ
bahvṛcāḥ saṃhitā hy etā ebhir brahmarṣibhir dhṛtāḥ
śrutvaitac-chandasāṃ vyāsaṃ sarva-pāpaiḥ pramucyate
«Разделив на четыре, дал их Бодхье, Ягьявалкье, о Бхаргава, Парашаре и Агнимитре; Индрапрамити же, владеющий собою, обучил своей самхите провидца-поэта Мандукею; его ученик Девамитра изложил её Саубхари и прочим. Шакалья, его сын, разделив свою самхиту на пять, вложил её в Ватсью, Мудгалу, Шалию, Гокхалью и Шишира; и Джатукарнья, его ученик, свою самхиту вместе с нирукти дал, молчальник, Балаке, Пайле, Джабале и Врадже. Башкали составил из под-ветвей самхиту по имени Валакхилья; её приняли Валаяни, Бхаджья и Кашара. Вот эти самхиты Бахврича, удержанные этими брахма-провидцами; услышав это разделение стихов, человек освобождается от всех грехов».
a52805b88bdd · опубликовано 16 авг. 2026 г., 18:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Чатурдха вьясья — «разделив на четыре». Деление не кончилось на Вьясе: каждый следующий делит полученное дальше — на четыре, на пять. Целое не хранится целиком ни у кого. Дробление превращено в способ хранения, а не в утрату.
Индрапрамитир атмаван — «Индрапрамити, владеющий собою». Про принимающего сказано не «памятливый» и не «учёный», а «атмаван». Из всех качеств для передачи выбрано это. Условием сохранности названа не память, а самообладание, — иначе передаваемое переиначат под себя.
Мандукеям ришим кавим — «провидца-поэта Мандукею». Определения ставятся при именах не для украшения: ученик выбирается по свойству, и свойство названо. Дальше — «тасья шишьо девамитрах», уже его ученик. Родство и ученичество идут в одном ряду, и различие между сыном и учеником в этой росписи почти стёрто.
Са-нируктам сва-самхитам — «свою самхиту вместе с нирукти». Передан не один текст, но и разбор его слов. Без словаря переданное через несколько поколений превратилось бы в набор звуков. Вместе с книгой отдан ключ к её словам.
Прати-шакхабхьях валакхилья-акхья-самхитам чакре — «из под-ветвей составил самхиту Валакхилья». Здесь движение обратное: не деление, а сборка из уже отделившихся частей. Разошедшееся однажды собирают заново, и ветвление оказывается не только распадом.
Шрутва этач-чхандасам вьясам сарва-папаих прамучьяте — «услышав это разделение стихов, освобождается от всех грехов». Плод обещан за выслушивание перечня имён — самой сухой части главы. Список объявлен очищающим наравне с повествованием, потому что он и есть то, чем Веда дошла.