«Яяти, сын Нахуши, многие годы по дхарме оберегая подданных, [затем] постиг прегрозную старость, губящую красоту. Одолённый старостью, царь сказал сынам — Яду, Пуру, Турвасу, Друхью и Ану — такое слово: „Я желаю, [став] юным, с юными [жёнами] вкушать желанное, [пользуясь] юностью; о сыночки, окажите [мне] помощь“. Ему старший, сын Деваяни, Яду сказал: „Какое у тебя дело [, чтобы свершить его] нашею юностью?“ Яяти сказал ему: „Прими мою старость, [а] твоею юностью я буду вкушать предметы [чувств]. [Когда] я совершал долгие жертвоприношения, по проклятию мудреца Ушанаса (Шукры) я лишился услады желаний; тем я терзаюсь, о сыночки. Моим телом [состарившимся] пусть один из вас правит царством; я же [с] новым телом, [став] юным, обрету [услады] желаний“. Яду и прочие не приняли его старости; тогда младший, [чья] доблесть [в] истине, Пуру сказал ему: „О царь, [с] новым телом, [вступив] в область юности, странствуй [и наслаждайся]; я же, приняв старость, по твоему повелению буду [править] в царстве“. [Так] сказанный, тот царь-мудрец, силою [своего] подвига, тогда переместил старость на великого духом сына. Царь, [взяв] юность [сына]-Пауравы, [вновь] обрёл молодость; [а] Пуру, [приняв] годы Яяти, правил царством. Затем, по прошествии тысячи лет, непобедимый Яяти, [всё] не насытившись желаниями, сказал сыну Пуру: „Тобою я наделён наследником; ты — сын, продолжатель моего рода; слава твоя пойдёт в мире [как] ‘род Пауравов’“. Затем тот тигр среди царей, помазав Пуру на царство, по прошествии долгого времени принял закон времени (умер)».