षडायतां सुपार्श्वोरुं त्रिपृथुं पञ्च संवृताम् ॥
मण्डूकनेत्रां स्वाकारां पीनोधसम् अनिन्दिताम् ॥
सुवालधिं शङ्कुकर्णां चारुशृङ्गां मनोरमाम् ॥
पुष्टायतशिरोग्रीवां विस्मितः सो ऽभिवीक्ष्य ताम् ॥
अभिनन्दति तां नन्दीं वसिष्ठस्य पयस्विनीम् ॥
अब्रवीच् च भृशं तुष्टो विश्वामित्रो मुनिं तदा ॥
अर्बुदेन गवां ब्रह्मन् मम राज्येन वा पुनः ॥
नन्दिनीं संप्रयच्छस्व भुङ्क्ष्व राज्यं महामुने ॥
ṣaḍāyatāṃ supārśvoruṃ tripṛthuṃ pañca saṃvṛtām ||
maṇḍūkanetrāṃ svākārāṃ pīnodhasam aninditām ||
suvāladhiṃ śaṅkukarṇāṃ cāruśṛṅgāṃ manoramām ||
puṣṭāyataśirogrīvāṃ vismitaḥ so 'bhivīkṣya tām ||
abhinandati tāṃ nandīṃ vasiṣṭhasya payasvinīm ||
abravīc ca bhṛśaṃ tuṣṭo viśvāmitro muniṃ tadā ||
arbudena gavāṃ brahman mama rājyena vā punaḥ ||
nandinīṃ saṃprayacchasva bhuṅkṣva rājyaṃ mahāmune ||
«Изумлённый, оглядев ту корову — с дивными статями, благообразную, с полным выменем, прекрасным хвостом, дивными рогами, пленительную, — Вишвамитра восхитился молочною Нанди Васиштхи и, весьма довольный, сказал муни: „За сто миллионов коров, о брахман, или же за моё царство отдай мне Нандини; владей царством, о великий муни“».
57453829bf47 · опубликовано 12 июл. 2026 г., 17:29:43 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь восхищение перерождается в алчность. Знаменательно, что царь, насладившись дарами коровы, тотчас желает завладеть ею, суля несметное богатство и даже царство: вкусив блага, алчный не довольствуется, но жаждет присвоить источник. Здесь обнажается природа жадности: она обращает благодарность в вожделение, дар — в предмет захвата. Так писание являет, как чужое богатство будит зависть; и щедрость Васиштхи, дав царю всё, разбудила в нём недобрую страсть к обладанию.