Бхишма
ततो नारायणं तेजो व्रतचर्येन्धनोत्थितम् ॥
वक्त्रान् निःसृत्य कृष्णस्य वह्निर् अद्भुतकर्मणः ॥
सो ऽग्निर् ददाह तं शैलं सद्रुमं सलताक्षुपम् ॥
सपक्षिमृगसंघातं सश्वापदसरीसृपम् ॥
मृगैश् च विविधाकारैर् हाहाभूतम् अचेतनम् ॥
शिखरं तस्य शैलस्य मथितं दीप्तदर्शनम् ॥
स तु वह्निर् महाज्वालो दग्ध्वा सर्वम् अशेषतः ॥
विष्णोः समीपम् आगम्य पादौ शिष्यवद् अस्पृशत् ॥
ततो विष्णुर् वनं दृष्ट्वा निर्दग्धम् अरिकर्शनः ॥
सौम्यैर् दृष्टिनिपातैस् तत् पुनः प्रकृतिम् आनयत् ॥
तथैव स गिरिर् भूयः प्रपुष्पितलताद्रुमः ॥
सपक्षिगणसंघुष्टः सश्वापदसरीसृपः ॥
tato nārāyaṇaṃ tejo vratacaryendhanotthitam ||
vaktrān niḥsṛtya kṛṣṇasya vahnir adbhutakarmaṇaḥ ||
so 'gnir dadāha taṃ śailaṃ sadrumaṃ salatākṣupam ||
sapakṣimṛgasaṃghātaṃ saśvāpadasarīsṛpam ||
mṛgaiś ca vividhākārair hāhābhūtam acetanam ||
śikharaṃ tasya śailasya mathitaṃ dīptadarśanam ||
sa tu vahnir mahājvālo dagdhvā sarvam aśeṣataḥ ||
viṣṇoḥ samīpam āgamya pādau śiṣyavad aspṛśat ||
tato viṣṇur vanaṃ dṛṣṭvā nirdagdham arikarśanaḥ ||
saumyair dṛṣṭinipātais tat punaḥ prakṛtim ānayat ||
tathaiva sa girir bhūyaḥ prapuṣpitalatādrumaḥ ||
sapakṣigaṇasaṃghuṣṭaḥ saśvāpadasarīsṛpaḥ ||
«Затем нараянский пыл, обета-исполнением как топливом поднятый, из уст изойдя Кришны, — огонь чудно-деющего, — тот огонь сжёг ту гору с деревьями, с лианами-кустами, с птиц-зверей сонмами, с хищниками, гадами, и зверьём разновидным огласившуюся воплями, помертвелую; вершину той горы сокрушённую, пылающую видом. Тот же огонь, великопламенный, спалив всё без остатка, к Вишну приблизившись, стоп, как ученик, коснулся. Затем Вишну, лес увидев выжженный, врагов изнуритель, ласковыми взглядов паденьями то вновь в естество привёл. Так же та гора вновь расцветшими лианами-деревьями, птичьими стаями оглашённая, с хищниками, гадами».
659ea1147679 · опубликовано 22 июн. 2026 г., 05:25:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Дивное знамение: «нараянский пыл», возжжённый самим обетом, исходит из уст Кришны огнём и испепеляет всю гору с её лесами и тварями. Но грозный огонь, спалив всё, «приблизился к Вишну и, как ученик, коснулся его стоп». Знаменательно, что вселенский огонь разрушения — сам слуга Господа, смиренно припадающий к Его ногам; стихия гибели послушна Ему, как послушник наставнику. И тут же являет себя милость: «ласковыми взорами» Вишну возвращает выжженное к жизни, и гора вновь расцветает, оглашённая птицами. В свете преданности здесь сокрытое богословие: и разрушение, и воссоздание — равно во власти единого Господа; огонь конца времён — Его орудие, а сострадательный взгляд — Его же сила воскрешения. Тот, кто сжигает, и тот, кто восстанавливает, — Один.