सर्प उवाच
निर्दोषं दोषवन्तं वा न त्वा मृत्यो ब्रवीम्य् अहम् ॥
त्वयाहं चोदित इति ब्रवीम्य् एतावद् एव तु ॥
यदि काले तु दोषो ऽस्ति यदि तत्रापि नेष्यते ॥
दोषो नैव परीक्ष्यो मे न ह्य् अत्राधिकृता वयम् ॥
निर्मोक्षस् त्व् अस्य दोषस्य मया कार्यो यथा तथा ॥
मृत्यो विदोषः स्याम् एव यथा तन् मे प्रयोजनम् ॥
sarpa uvāca
nirdoṣaṃ doṣavantaṃ vā na tvā mṛtyo bravīmy aham ||
tvayāhaṃ codita iti bravīmy etāvad eva tu ||
yadi kāle tu doṣo 'sti yadi tatrāpi neṣyate ||
doṣo naiva parīkṣyo me na hy atrādhikṛtā vayam ||
nirmokṣas tv asya doṣasya mayā kāryo yathā tathā ||
mṛtyo vidoṣaḥ syām eva yathā tan me prayojanam ||
Змей сказал: «Ни безвинной, ни виновной, о Смерть, я тебя не называю; говорю лишь одно: „тобою я был побуждён“. Если же вина на Времени, а если и там она не признаётся — то не мне исследовать вину, ибо не нам дано в этом распоряжаться. Мне же должно так или иначе снять с себя эту вину; о Смерть, лишь бы стать безвинным — вот вся моя цель».
10f311d5354b · 发布于 2026年6月20日 19:00:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Змей являет смирение орудия: он не берётся судить всю цепь причин — виновна ли Смерть, виновно ли Время, — ибо это не его ведению дано. Знаменательно его единственное упование: не оправдать других, а самому очиститься от вины. В этом — здравое прозрение твари о пределах своего разумения и ответственности: не объять умом весь распорядок причин, но честно зреть свою непричастность как слепого исполнителя.