Sanātana
रात्रौ देवांतिके सुप्त्वा उत्थायापरयामके ॥ कृतमैत्रादिनित्यस्तु भस्मरुद्राक्षधृक् ततः
पूजयेच्छंकरं सम्यगुपचारैः पृथग्विधैः ॥ बिल्वपत्रैः सुगंधाढ्येंर्नैवेद्यैर्धूपदीपकैः
ततश्चोपवसेद्विद्वानाप्रदोषं विंधूदये ॥ पुनः संपूज्य तत्रैव रात्रौ जागरणं चरेत्
एवं पंचदशाब्दांतं कृत्वा व्रतमतंद्रितः ॥ वर्षे वर्षे तदुत्सर्गे विदध्याद्विधिपूर्वकम्
उमायाश्च महेशस्य सौवर्णी प्रतिमाद्वयम् ॥ हैमा रौप्या मृन्मयाश्च घटाः पंचदशोत्तमाः
तत्रैकस्मिन्घटे स्थाप्यं सवस्त्रं प्रतिमाद्वयम् ॥ पंचामृतेन संस्राप्य जलैः शुद्धैस्ततोऽर्चयेत्
उपचारैः षोडशभिस्ततः पंचदश द्विजान् ॥ भोजयेच्चैव मिष्टान्नैर्दद्यात्तेभ्यश्च दक्षिणाम्
कुंभमेकैकमीशस्य मूर्त्याढ्यं गुरवेऽर्पयेत् ॥ एवं कृत्वा व्रतं चैव उमामाहेश्वराभिधम्
जायते भुवि विख्यातो निधानं सर्वसंपदाम् ॥ अथास्मिन्नेव दिवसे शक्रव्रतमपि स्मृतम्
प्रातः स्नात्वा विधानेन संपूज्य सुरनायकम् ॥ गंधाद्यैंरुपचारैस्तु नैवेद्यानां च राशिभिः
ततो निमंत्रितान्विप्रान्संभोज्य विधिवद्द्विज ॥ समागतांस्तथैवान्यान्दीनानाथांश्च भोजयेत्
rātrau devāṃtike suptvā utthāyāparayāmake || kṛtamaitrādinityastu bhasmarudrākṣadhṛk tataḥ
pūjayecchaṃkaraṃ samyagupacāraiḥ pṛthagvidhaiḥ || bilvapatraiḥ sugaṃdhāḍhyeṃrnaivedyairdhūpadīpakaiḥ
tataścopavasedvidvānāpradoṣaṃ viṃdhūdaye || punaḥ saṃpūjya tatraiva rātrau jāgaraṇaṃ caret
evaṃ paṃcadaśābdāṃtaṃ kṛtvā vratamataṃdritaḥ || varṣe varṣe tadutsarge vidadhyādvidhipūrvakam
umāyāśca maheśasya sauvarṇī pratimādvayam || haimā raupyā mṛnmayāśca ghaṭāḥ paṃcadaśottamāḥ
tatraikasminghaṭe sthāpyaṃ savastraṃ pratimādvayam || paṃcāmṛtena saṃsrāpya jalaiḥ śuddhaistato'rcayet
upacāraiḥ ṣoḍaśabhistataḥ paṃcadaśa dvijān || bhojayeccaiva miṣṭānnairdadyāttebhyaśca dakṣiṇām
kuṃbhamekaikamīśasya mūrtyāḍhyaṃ gurave'rpayet || evaṃ kṛtvā vrataṃ caiva umāmāheśvarābhidham
jāyate bhuvi vikhyāto nidhānaṃ sarvasaṃpadām || athāsminneva divase śakravratamapi smṛtam
prātaḥ snātvā vidhānena saṃpūjya suranāyakam || gaṃdhādyaiṃrupacāraistu naivedyānāṃ ca rāśibhiḥ
tato nimaṃtritānviprānsaṃbhojya vidhivaddvija || samāgatāṃstathaivānyāndīnānāthāṃśca bhojayet
«Поспав ночью близ бога и встав в последнюю стражу, совершив нужду и прочее ежедневное, носящий пепел и рудракшу, пусть затем почитает Шанкару как должно — принадлежностями разного рода, листьями бильвы, благоуханными подношениями, курением, светильниками. Затем знающий пусть постится до предвечерья, а при восходе луны, почтив снова, там же ночью пусть совершит бдение. Так, неленивый, совершая обет год за годом до конца пятнадцати лет, при его завершении пусть совершит по уставу: золотая пара изваяний Умы и Махеши, и кувшины — золотые, серебряные и глиняные, пятнадцать наилучших. Там, в одном кувшине, должна быть поставлена с тканью пара изваяний; омыв её панчамритой и чистыми водами, пусть затем почитает шестнадцатью принадлежностями. Затем пусть накормит пятнадцать брахманов сладкими яствами и даст им дакшину, а по одному кувшину Владыки, с образом, пусть вручит наставнику. Так совершив обет, именуемый Умы и Махешвары, человек становится на земле прославленным, вместилищем всех богатств. Итак, в этот же день помнится и обет Шакры: утром, омывшись, почтив по уставу вождя богов благовониями и прочими принадлежностями и грудами подношений, пусть затем накормит по уставу приглашённых брахманов, о брахман, и сошедшихся других, убогих и беззащитных, — пусть накормит».
7036f413b13e · 发布于 2026年9月5日 23:06:35 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Обет длится пятнадцать лет, и в завершение всё считается по пятнадцати: кувшинов пятнадцать, брахманов пятнадцать. Число взято от титхи — полнолуние пятнадцатое от новолуния, — и растянуто на человеческий срок; принявший обет в молодости завершит его немолодым.
В обете Шакры кормят не только званых. Прямо названы «сошедшиеся другие, убогие и беззащитные»: у стола, где угощают вождя богов, права незваного оговорены наравне с правами приглашённого.
Сон близ божества и подъём в последнюю стражу ночи — единственное, чем обряд задаёт свой ритм: не постом и не молчанием, а тем, где спать и когда встать.