तस्मात्सम्यग्भुवि ब्रूयां पुराणमृषिपूजितम् । पितृणां मानसी कन्या वासवं समपद्यत
अपध्याता च पितृभिर्मत्स्यगर्भे बभूव सा । अरणीव हुताशस्य निमित्तं पुण्यजन्मनः
तस्यां बभूव पूतात्मा महर्षिस्तु पराशरात् । तस्मै भगवते कृत्वा नमः सत्याय वेधसे
tasmātsamyagbhuvi brūyāṃ purāṇamṛṣipūjitam | pitṛṇāṃ mānasī kanyā vāsavaṃ samapadyata
apadhyātā ca pitṛbhirmatsyagarbhe babhūva sā | araṇīva hutāśasya nimittaṃ puṇyajanmanaḥ
tasyāṃ babhūva pūtātmā maharṣistu parāśarāt | tasmai bhagavate kṛtvā namaḥ satyāya vedhase
«В пуранах право моё установлено самими брахманами. Увидев дхарму, я был спрошен вами, возвестителями Брахмана; потому да поведаю я на земле, как должно, пурану, чтимую мудрецами. …Рождённая мыслью дочь праотцов досталась Васаве; отвергнутая помыслом праотцов, она оказалась в рыбьем чреве — и стала причиною святого рождения, как арани бывает причиною огня».
12c3672a9472 · 发布于 2026年9月3日 04:13:25 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Право говорить сута получает не по рождению, а по установлению: брахманы сами отвели пураны его сословию. Так снимается противоречие предыдущих стихов — в ведах у него права нет, в пуране есть, и дано оно теми, у кого право есть везде.
Дальше речь резко переходит к рождению Вьясы, и переход этот только кажется внезапным. Сута объяснил своё происхождение — теперь он объясняет происхождение того, от кого получил книгу.
Образ арани здесь точен до мелочи. Арани — дощечка, сама по себе невзрачная, но огонь без неё не добыть. Так и рыба: существо случайное в этой истории, а без неё не было бы ни Сатьявати, ни Вьясы, ни этой книги.