मघवन् द्विषतः पश्य प्रक्षीणान् गुर्वतिक्रमात्
सम्प्रत्य् उपचितान् भूयः काव्यमाराध्य भक्तितः
आददीरन् निलयनं ममापि भृगुदेवताः
त्रिपिष्टपं किं गणयन्त्य् अभेद्य मन्त्रा भृगूणामनुशिक्षितार्थाः
न विप्रगोविन्दगवीश्वराणां भवन्त्य् अभद्राणि नरेश्वराणाम्
maghavan dviṣataḥ paśya prakṣīṇān gurvatikramāt
sampraty upacitān bhūyaḥ kāvyamārādhya bhaktitaḥ
ādadīran nilayanaṃ mamāpi bhṛgudevatāḥ
tripiṣṭapaṃ kiṃ gaṇayanty abhedya mantrā bhṛgūṇāmanuśikṣitārthāḥ
na vipragovindagavīśvarāṇāṃ bhavanty abhadrāṇi nareśvarāṇām
«„Магхаван, посмотри: враги твои были обессилены преступлением против учителя, а ныне вновь набрали силу, почтив Кавью с преданностью; те, чьё божество — Бхригу, отнимут даже мою обитель. Во что им три неба, когда мантры их несокрушимы и они научены самими Бхригу? У тех владык людей, чьи божества — брахманы, Говинда и коровы, не бывает бед“».
502634dc0ebf · published Aug 14, 2026, 6:00:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Брахма показывает Индре его же случай на чужом примере: асуры тоже однажды преступили против своего учителя и тоже обессилели. Разница не в поступке, а в том, что они вернулись, а Индра нет.
Мама апи нилаянам — «даже мою обитель». Творец мира говорит, что его собственное место под угрозой. Мера опасности дана не силою войска, а тем, до кого она дошла.
Абхедья-мантрах — «с нерассекаемыми мантрами». Оружие у них не железное: сила асуров названа обученностью, и потому Брахма и предложит не войско, а жреца.
Последняя строка — присказка, которую стоит выучить: у кого божества випра, говинда, го — брахман, Говинда и корова, — у того бед не бывает. Три слова, и все три начинаются одинаково; так их и запоминают.