śrīśuka uvāca
इति श्रुत्वा भगवतः शिवस्योमाभिभाषितम्
बभूव शान्तधी राजन् देवी विगतविस्मया
इति भागवतो देव्याः प्रतिशप्तुमलन्तमः
मूर्ध्ना स जगृहे शापमेतावत् साधुलक्षणम्
जज्ञे त्वष्टुर्दक्षिणाग्नौ दानवीं योनिमाश्रितः
वृत्र इत्य् अभिविख्यातो ज्ञानविज्ञानसंयुतः
iti śrutvā bhagavataḥ śivasyomābhibhāṣitam
babhūva śāntadhī rājan devī vigatavismayā
iti bhāgavato devyāḥ pratiśaptumalantamaḥ
mūrdhnā sa jagṛhe śāpametāvat sādhulakṣaṇam
jajñe tvaṣṭurdakṣiṇāgnau dānavīṃ yonimāśritaḥ
vṛtra ity abhivikhyāto jñānavijñānasaṃyutaḥ
«Услышав это слово досточтимого Шивы, Ума, царь, стала утишенною разумом, и изумление её ушло. А тот преданный, вполне способный проклясть богиню в ответ, головою принял проклятие; такова уж примета доброго. И он родился из южного огня Твашты, прибегнув к лону данавов, и прославился как Вритра, наделённый знанием и различением».
0df9a2b9539e · published Aug 14, 2026, 8:00:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Этават садху-лакшанам — «вот и вся примета доброго». Определение поставлено в самом конце и не содержит ни подвига, ни добродетели: мог ответить тем же и не ответил. Больше ничего.
Пратишаптум алам — «вполне способный проклясть в ответ». Отмечено не для похвалы силе: без этой оговорки терпение было бы просто бессилием. Уступает тот, кто мог не уступить.
Вигата-висмая — «у кого ушло изумление». Богиня утишена не покаянием и не извинениями: с неё снято удивление. Она изумлялась не дерзости, а тому, что дерзкий — свой.
Дакшина-агнау... данавим йоним — «из южного огня, в лоно данавов». Здесь замкнулась история, начатая в девятой главе: жертвенный огонь, породивший Вритру, и небесный видьядхара оказались одним и тем же.