Yudhiṣṭhira
जन्माष्टमीवर्णनम् ॥ युधिष्ठिर उवाच ॥ ॥ जन्माष्टमीव्रतं ब्रूहि विस्तरेण ममाच्युत ॥ कस्मिन्काले समुत्पन्नं किं पुण्यं को विधिः स्मृतः
॥ श्रीकृष्ण उवाच ॥ ॥ हते कंसासुरे दुष्टे मथुरायां युधिष्ठिर ॥ देवकी मां परिष्वज्य कृत्वोत्संगे रुरोद ह
तत्रैव रंगवाढेन मंचारूढजनोत्सवे ॥ मल्लयुद्धे पुरावृत्ते समेते कुकुराऽन्धके
स्वजनैर्बंधुभिः स्निग्धैः सस्त्रीभिः समावृते ॥ वसुदेवोऽपि तत्रैव वात्सल्यात्प्ररुरोद ह
समाकृष्य परिष्वज्य पुत्रपुत्रेत्युवाच ह ॥ सगद्गदस्वरो दीनो वाष्पपर्याकुलेक्षणः
janmāṣṭamīvarṇanam || yudhiṣṭhira uvāca || || janmāṣṭamīvrataṃ brūhi vistareṇa mamācyuta || kasminkāle samutpannaṃ kiṃ puṇyaṃ ko vidhiḥ smṛtaḥ
|| śrīkṛṣṇa uvāca || || hate kaṃsāsure duṣṭe mathurāyāṃ yudhiṣṭhira || devakī māṃ pariṣvajya kṛtvotsaṃge ruroda ha
tatraiva raṃgavāḍhena maṃcārūḍhajanotsave || mallayuddhe purāvṛtte samete kukurā'ndhake
svajanairbaṃdhubhiḥ snigdhaiḥ sastrībhiḥ samāvṛte || vasudevo'pi tatraiva vātsalyātpraruroda ha
samākṛṣya pariṣvajya putraputretyuvāca ha || sagadgadasvaro dīno vāṣpaparyākulekṣaṇaḥ
«Юдхиштхира сказал: „Поведай мне подробно обет восьмого дня рождения, о Ачьюта: в какое время он возник, какова его заслуга, каков устав его помнится?“ Шри-Кришна сказал: „Когда убит был злой асура Канса в Матхуре, о Юдхиштхира, Деваки, обняв меня и посадив на колени, заплакала. И там же, на ристалище, при празднестве народа, взошедшего на помосты, по окончании борьбы, когда собрались кукуры и андхаки, — окружённый своими, роднёю, любящими и жёнами, Васудева тоже заплакал там от родительской нежности. Притянув меня и обняв, он говорил: „Сын, сын“ — с прерывающимся голосом, жалкий, с глазами, полными слёз“».
284c5889a1d0 · published Aug 20, 2026, 11:00:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Хате камсасуре — «когда убит был асура Канса». Праздник рождения начинается не с рождения, а с того дня, когда кончился страх. Между тем и другим лежит вся жизнь мальчика вдали от родителей. Празднование родин установлено много лет спустя после самих родин.
Паришваджья критвотсанге — «обняв и посадив на колени». Мать сажает на колени юношу, только что убившего царя. Она берёт его так, как берут младенца, — которого у неё отняли. Мать делает с выросшим сыном то, чего ей не дали сделать с новорождённым.
Рурода ха — «заплакала». Первое действие в главе о великом празднике — материнский плач. Ни ликования, ни благодарения: слёзы. Праздник начинается со слёз, а не с торжества.
Ватсальят прарурода — «заплакал от родительской нежности». Плачет и отец, и слово названо точное: «ватсалья», нежность к своему детёнышу. Оба родителя плачут при всём народе. Отцовские слёзы названы прямо и не сочтены слабостью.
Путра путрети — «„сын, сын“». Он не говорит ни о боге, ни о спасении народа: он повторяет одно слово. Из всех имён, какие есть у говорящего, отец знает только это. Отец обращается к нему не по достоинству, а по родству.
Сагадгада-сваро динах — «с прерывающимся голосом, жалкий». О Васудеве сказано «дина» — жалкий, убогий. Слово это в книге обычно прилагают к нищим и просителям. О счастливом отце сказано словом, каким говорят о несчастных.