Здесь Дрона язвительно отвечает Друпаде его же доводом — теперь уже сам став царём. Знаменательно, что он оборачивает прежнее надменное правило Друпады («нецарь не друг царю») против него: отняв половину царства, Дрона делает себя царём, [тем] устраняя то «неравенство», которым Друпада некогда отверг дружбу. Здесь — утончённая месть: не кровью, но унижением и насмешкою — Дрона показывает Друпаде всю мелочность его былой спеси, исполнив её букву. Знаменательно, что предлагаемая «дружба» — горше вражды: она навеки уязвит гордость Друпады, лишённого половины державы. Так писание являет, что месть, даже облечённая в великодушие, не примиряет, а лишь глубже растравляет рану; и эта «дружба силою» станет источником неугасимой ненависти Друпады.