अथैनं मापनयत कृताशेषाघनिष्कृतम्
यदसौ भगवन्नाम म्रियमाणः समग्रहीत्
साङ्केत्यं पारिहास्यं वा स्तोभं हेलनमेव वा
वैकुण्ठनामग्रहणमशेषाघहरं विदुः
पतितः स्खलितो भग्नः सन्दष्टस्तप्त आहतः
हरिरित्य् अवशेनाह पुमान् नार्हति यातनाः
athainaṃ māpanayata kṛtāśeṣāghaniṣkṛtam
yadasau bhagavannāma mriyamāṇaḥ samagrahīt
sāṅketyaṃ pārihāsyaṃ vā stobhaṃ helanameva vā
vaikuṇṭhanāmagrahaṇamaśeṣāghaharaṃ viduḥ
patitaḥ skhalito bhagnaḥ sandaṣṭastapta āhataḥ
haririty avaśenāha pumān nārhati yātanāḥ
«„Потому не уводите его: он совершил избавление от всех грехов без остатка, ибо, умирая, произнёс имя Господа. Условно ли, в шутку ли, для затычки в песне или с пренебрежением — произнесение имени Вайкунтхи, знают, уносит грех без остатка. Упавший, споткнувшийся, сломавший кость, ужаленный, обожжённый, ушибленный — если человек невольно скажет „Хари“, он не заслуживает мук“».
2c1667231181 · publicado 14 ago 2026, 20:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Четыре способа названы по возрастающей дерзости: санкетьям — как условный знак, оклик по имени; парихасьям — в шутку; стобхам — как бессмысленная вставка, которою в пении затыкают такт; хелана — с пренебрежением. Последнее прямо враждебно, и оно тоже засчитано.
Стобха стоит того, чтобы задержаться: это слоги вроде «хау», «ха-и», которые вставляют в самана-пение для размера. Даже имя, попавшее в песнь как затычка, работает.
Шесть положений тела перечислены разом — упал, споткнулся, сломал, ужален, обожжён, ушиблен, — и все они о боли, а не о молитве. Довод строится на том, что вырывается само.
На архати ятанах — «не заслуживает мук». Не «прощён» и не «помилован»: сказано языком суда, что оснований нет. Спор ведётся в тех же понятиях, в каких его начали слуги Ямы.