सुरासुरगन्धर्वयक्षराक्षलसादिभिर् अप्यखिलैर् भवान् न जेतुं शक्यः किमुतावनिगोचरैर् अल्पवीर्यैर् नरेर्नरावयवभूतैश् च तिर्यग्योन्यनुसृतिभिः किं पुनरस्मद्विधैर् अवश्यं भवतास्मत्स्वामिना रामेणेन नारायणस्य सकलजगत्परायणस्यांशेन भगवता भवितव्यमित्युक्तस्तस्मै भगवानखिलावनिभारावतरणार्थमवतरणमाचचक्षे ।
प्रीत्यभिव्यञ्जितकरतलस्पर्शनेन चैनमपगतयुद्धखेदं चकार ।
स च प्रणिपत्य पुनरप्येनं प्रसाद्य जांबवतीं नाम कन्यां गृहागतायार्घ्यभूतां ग्राहयामास ।
स्यमन्तकमणिरत्नमपि प्रणिपत्य तस्मै प्रददौ ।
अच्युतोप्यतिप्रणतात्तस्मादग्राह्यमपि तन्मणिरत्नमात्मसंशोधनायजग्राह ।
सह जांबवत्या स द्वारकामाजगाम ।
surāsuragandharvayakṣarākṣalasādibhir apyakhilair bhavān na jetuṃ śakyaḥ kimutāvanigocarair alpavīryair narernarāvayavabhūtaiś ca tiryagyonyanusṛtibhiḥ kiṃ punarasmadvidhair avaśyaṃ bhavatāsmatsvāminā rāmeṇena nārāyaṇasya sakalajagatparāyaṇasyāṃśena bhagavatā bhavitavyamityuktastasmai bhagavānakhilāvanibhārāvataraṇārthamavataraṇamācacakṣe /
prītyabhivyañjitakaratalasparśanena cainamapagatayuddhakhedaṃ cakāra /
sa ca praṇipatya punarapyenaṃ prasādya jāṃbavatīṃ nāma kanyāṃ gṛhāgatāyārghyabhūtāṃ grāhayāmāsa /
syamantakamaṇiratnamapi praṇipatya tasmai pradadau /
acyutopyatipraṇatāttasmādagrāhyamapi tanmaṇiratnamātmasaṃśodhanāyajagrāha /
saha jāṃbavatyā sa dvārakāmājagāma /
И побеждённый владыкою, Джамбаван, поклонившись, сказал:
«Даже всеми богами, асурами, гандхарвами, якшами, ракшасами и прочими не можешь ты быть побеждён, — что уж говорить о ходящих по земле малосильных людях, о нас, сущих лишь подобиями людей и идущих из звериного лона!
Непременно должен ты быть нашим владыкою Рамой — владыкою, частью Нараяны, прибежища всего мира.»
Услышав это, владыка поведал ему о нисхождении ради снятия всего бремени земли
и прикосновением ладони, являющим приязнь, избавил его от усталости боя.
И он, поклонившись и снова умилостивив его, дал ему принять дочь по имени Джамбавати — как почётное подношение пришедшему в дом,
и, поклонившись, отдал ему камень-сокровище Сьямантаку.
И Ачьюта, хотя от столь склонённого камень и не следовало брать, взял его ради своего очищения
и вместе с Джамбавати вернулся в Двараку.
c641e848b1ba · publicado 22 ago 2026, 6:41:25 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Джамбаван узнаёт его не по знамению, а по силе удара: со мною так может биться только один.
И говорит он о себе с горькой точностью: «мы — лишь подобия людей, идущие из звериного лона». Медведь, помнящий Раму, знает своё место и не льстит себе.
Примирение делается прикосновением ладони — тем же, чем снимают усталость с ребёнка. Двадцать один день дрались, а мирятся без слов.
Затем он отдаёт дочь и камень, и порядок тут не случаен: дочь — как аргхью, почётное подношение гостю, по обычаю дома; камень — просто потому, что чужое.
А Кришна берёт камень с оговоркой, за которую держится вся глава: брать не следовало, но взял ради своего очищения. Не сокровище ему нужно, а вещественное доказательство — то, чем он снимет с себя обвинение.