«И там, весьма страшась общения с родными и опасаясь помехи себе, он держал в уме чету лотосных стоп досточтимого — слушание, памятование и изложение достоинств которого рушит узы дела, — а милостью Господа помня череду прежних своих рождений, явил себя миру в облике безумного, тупого, слепого и глухого. Брахман же, с умом, связанным нежностью к сыну, совершал над ним обряды по указанию — до возвращения от наставника; а посвящённому снова преподавал уставы дела: чистоту, полоскание рта и прочее, — хотя тот того и не желал: «ибо сын должен быть научен отцом».