तां वीक्ष्य देव इति कन्दुकलीलयेषद् व्रीडास्फुटस्मितविसृष्टकटाक्षमुष्टः
स्त्रीप्रेक्षणप्रतिसमीक्षणविह्वलात्मा नात्मानमन्तिक उमां स्वगणांश्च वेद
तस्याः कराग्रात् स तु कन्दुको यदा गतो विदूरं तमनुव्रजत्स्त्रियाः
वासः ससूत्रं लघु मारुतो ऽहरद् भवस्य देवस्य किलानुपश्यतः
एवं तां रुचिरापाङ्गीं दर्शनीयां मनोरमाम्
दृष्ट्वा तस्यां मनश्चक्रे विषज्जन्त्यां भवः किल
तयापहृतविज्ञानस्तत्कृतस्मरविह्वलः
भवान्या अपि पश्यन्त्या गतह्रीस्तत्पदं ययौ
सा तमायान्तमालोक्य विवस्त्रा व्रीडिता भृशम्
निलीयमाना वृक्षेषु हसन्ती नान्वतिष्ठत
तामन्वगच्छद्भगवान् भवः प्रमुषितेन्द्रियः
कामस्य च वशं नीतः करेणुमिव यूथपः
tāṃ vīkṣya deva iti kandukalīlayeṣad vrīḍāsphuṭasmitavisṛṣṭakaṭākṣamuṣṭaḥ
strīprekṣaṇapratisamīkṣaṇavihvalātmā nātmānamantika umāṃ svagaṇāṃśca veda
tasyāḥ karāgrāt sa tu kanduko yadā gato vidūraṃ tamanuvrajatstriyāḥ
vāsaḥ sasūtraṃ laghu māruto 'harad bhavasya devasya kilānupaśyataḥ
evaṃ tāṃ rucirāpāṅgīṃ darśanīyāṃ manoramām
dṛṣṭvā tasyāṃ manaścakre viṣajjantyāṃ bhavaḥ kila
tayāpahṛtavijñānastatkṛtasmaravihvalaḥ
bhavānyā api paśyantyā gatahrīstatpadaṃ yayau
sā tamāyāntamālokya vivastrā vrīḍitā bhṛśam
nilīyamānā vṛkṣeṣu hasantī nānvatiṣṭhata
tāmanvagacchadbhagavān bhavaḥ pramuṣitendriyaḥ
kāmasya ca vaśaṃ nītaḥ kareṇumiva yūthapaḥ
«Увидев её, бог, похищенный брошенными искоса взглядами и лёгкой улыбкой, чуть проступившей от смущения при игре в мяч, — с душою, потерянной от её взгляда и своего ответного, — не сознавал ни себя, ни Умы рядом, ни своих спутников. Когда же мяч ушёл далеко из её ладони и она побежала за ним, ветер унёс её лёгкое одеяние вместе с поясом — на глазах у бога Бхавы, [как говорят]. Так, увидев ту, с прелестными взорами, отрадную для взгляда, пленительную, Бхава приложил к ней ум — [к ней,] будто увлечённой [им]. Ею лишённый разумения, потерянный от вызванной ею страсти, он, потеряв стыд, на глазах у самой Бхавани пошёл к ней. Она же, увидев его приближающимся, нагая, весьма смущённая, прячась за деревьями, смеясь, не остановилась. За нею шёл досточтимый Бхава, с похищенными чувствами, приведённый под власть страсти — как вожак стада за слонихой».
c89bf32f6a06 · प्रकाशित 15 अग॰ 2026, 12:00:00 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
На атманам антике умам сва-ганан ча веда — «не сознавал ни себя, ни Умы рядом, ни своих спутников». Порядок утрат назван точно: сперва исчезает он сам, потом жена, потом свита. Забвение начинается не с окружающих.
Кила — «как говорят». Слово, которым Шука дважды оговаривает рассказ (в стихах 23 и 24). Это не сомнение в событии, а осторожность речи: о таком не говорят напрямую.
Вишаджджантьям — «[к ней,] будто увлечённой [им]». Одно причастие меняет всё: ему кажется, что и она увлечена. Морок работает не тем, что показывает красоту, а тем, что обещает взаимность.
Хасанти на анватиштхата — «смеясь, не остановилась». Она не спасается и не завлекает: она смеётся и не даётся. И смех этот — тот же, что был в четырнадцатом стихе, только теперь он звучит из рощи.