अयम् एव मुने प्रश्नो नकुलेन महात्मना पृष्टः पितामहः प्राह भीष्मो यत् तच् छृणुष्व मे ।
पुरा ममागतो वत्स सखा कालिङ्गको द्विजः माम् उवाच स पृष्टो वै मया जातिस्मरो मुनिः ।
तेनाख्यातम् इदं चेदम् इत्थं चैतद् भविष्यति तथा च तद् अभूद् वत्स यथोक्तं तेन धीमता ।
स पृष्टश् च मया भूयः श्रद्दधानेन वै द्विजः यद् यद् आह न तद् दृष्टम् अन्यथा हि मया क्वचित् ।
एकदा तु मया पृष्टम् यद् एतद् भवतोदितम् प्राह कालिङ्गको विप्रः स्मृत्वा तस्य मुनेर् वचः ।
जातिस्मरेण कथितं रहस्यं परमं मम यमकिंकरयोर् यो ऽभूत् संवादस् तं ब्रवीमि ते ।
ayam eva mune praśno nakulena mahātmanā pṛṣṭaḥ pitāmahaḥ prāha bhīṣmo yat tac chṛṇuṣva me /
purā mamāgato vatsa sakhā kāliṅgako dvijaḥ mām uvāca sa pṛṣṭo vai mayā jātismaro muniḥ /
tenākhyātam idaṃ cedam itthaṃ caitad bhaviṣyati tathā ca tad abhūd vatsa yathoktaṃ tena dhīmatā /
sa pṛṣṭaś ca mayā bhūyaḥ śraddadhānena vai dvijaḥ yad yad āha na tad dṛṣṭam anyathā hi mayā kvacit /
ekadā tu mayā pṛṣṭam yad etad bhavatoditam prāha kāliṅgako vipraḥ smṛtvā tasya muner vacaḥ /
jātismareṇa kathitaṃ rahasyaṃ paramaṃ mama yamakiṃkarayor yo 'bhūt saṃvādas taṃ bravīmi te /
— Этот самый вопрос, о мудрец, задал деду великий душою Накула, и что сказал Бхишма — то выслушай у меня.
«Некогда, дитя, пришёл ко мне друг, калингский брахман, помнящий рождения; спрошенный мною, он сказал мне так.
Им было сказано: «это будет так, а это этак», — и всё сбылось, дитя, как сказал тот разумный.
Поверив, я спрашивал того брахмана вновь, и что бы он ни говорил, никогда я не видал того иначе.
Однажды я спросил у него то самое, что сказано тобою; и калингский брахман сказал, вспомнив слово того мудреца:
«Помнящим рождения поведана мне высшая тайна — разговор, что был у Ямы со слугою; его я и скажу тебе»».
7cbba746f003 · प्रकाशित 22 अग॰ 2026, 3:55:50 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Ответ идёт не сразу: сперва выстраивается цепь передачи, и она длинная.
Парашара слышал от Бхишмы; Бхишма — от калингского брахмана; тот — от мудреца, помнящего рождения; а тот подслушал разговор Ямы со слугою.
Четыре звена, и самое важное — последнее: в основании лежит не поучение, а подслушанное. Никто не проповедовал; кто-то оказался рядом и услышал, как владыка смерти отдаёт распоряжение.
Потому и названо тайной: сказанное не для чужих ушей всегда откровеннее сказанного для всех.
И Бхишма прибавляет, отчего поверил: всё, что тот говорил, сбывалось. Он не сразу принял на веру; он проверял, и не раз. Доверие оказалось нажитым, а не данным.
Спрашивал же его Накула — младший из Пандавов, и вопрос у него тот же, что у Майтреи. Такие вопросы задают не мудрецы, а те, кому это нужно.