पाण्डुर् उवाच
सताम् अपि कुले जाताः कर्मणा बत दुर्गतिम् ॥
प्राप्नुवन्त्य् अकृतात्मानः कामजालविमोहिताः ॥
शश्वद् धर्मात्मना जातो बाल एव पिता मम ॥
जीवितान्तम् अनुप्राप्तः कामात्मैवेति नः श्रुतम् ॥
तस्य कामात्मनः क्षेत्रे राज्ञः संयतवाग् ऋषिः ॥
कृष्णद्वैपायनः साक्षाद् भगवान् माम् अजीजनत् ॥
तस्याद्य व्यसने बुद्धिः संजातेयं ममाधमा ॥
त्यक्तस्य देवैर् अनयान् मृगयायां दुरात्मनः ॥
मोक्षम् एव व्यवस्यामि बन्धो हि व्यसनं महत् ॥
सुवृत्तिम् अनुवर्तिष्ये ताम् अहं पितुर् अव्ययाम् ॥
अतीव तपसात्मानं योजयिष्याम्य् असंशयम् ॥
pāṇḍur uvāca
satām api kule jātāḥ karmaṇā bata durgatim ||
prāpnuvanty akṛtātmānaḥ kāmajālavimohitāḥ ||
śaśvad dharmātmanā jāto bāla eva pitā mama ||
jīvitāntam anuprāptaḥ kāmātmaiveti naḥ śrutam ||
tasya kāmātmanaḥ kṣetre rājñaḥ saṃyatavāg ṛṣiḥ ||
kṛṣṇadvaipāyanaḥ sākṣād bhagavān mām ajījanat ||
tasyādya vyasane buddhiḥ saṃjāteyaṃ mamādhamā ||
tyaktasya devair anayān mṛgayāyāṃ durātmanaḥ ||
mokṣam eva vyavasyāmi bandho hi vyasanaṃ mahat ||
suvṛttim anuvartiṣye tām ahaṃ pitur avyayām ||
atīva tapasātmānaṃ yojayiṣyāmy asaṃśayam ||
Панду сказал: «Даже рождённые в роду праведных, неукрощённые, опутанные сетями вожделения, деянием своим приходят, увы, к злой участи. Хотя и рождён от вечно праведного, мой отец ещё юным пришёл к концу жизни, будучи сластолюбив, — так мы слышали. На супруге того сластолюбивого царя меня породил сам владыка Кришна-Двайпаяна, правдоречивый мудрец. Ныне, в пору бедствия, открылся во мне этот низкий нрав — у меня, оставленного богами, дурного душою, из-за пагубы на охоте. Решаюсь на отречение: ведь узы мира — великое бедствие. Буду следовать нетленному благому пути моего отца и всецело предам себя подвигу».
aca2b631dd79 · опубликовано 12 июл. 2026 г., 16:30:27 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь Панду от покаяния переходит к решению об отречении. Знаменательно его прозрение: даже высокое рождение не спасает от падения, если душа не укрощена и опутана «сетями вожделения» (kāma-jāla). Он вспоминает безвременную гибель отца от сластолюбия — и видит в собственном грехе ту же родовую слабость. Здесь — зрелое самопознание: вместо того чтобы винить судьбу, Панду ищет корень беды в неукрощённости чувств и решает врачевать её подвигом. Знаменательно слово «узы — великое бедствие» (bandhaḥ vyasanaṃ mahat): мирская связанность сознаётся как источник страдания, и освобождение (mokṣa) — как исцеление. Знаменательно и то, что образцом он избирает не царственного, а отрешённого отца — Вьясу, подвижника: в час падения душа тянется к святости. Так писание являет рождение вайрагьи (отрешённости) из горнила покаяния — хотя высший путь не в одном отречении, а в предании себя Господу.