समुद्रसारं वैडूर्यं मुक्ताः शङ्खांस् तथैव च ॥
शतशश् च कुथांस् तत्र सिंहलाः समुपाहरन् ॥
संवृता मणिचीरैस् तु श्यामास् ताम्रान्तलोचनाः ॥
तान् गृहीत्वा नरास् तत्र द्वारि तिष्ठन्ति वारिताः ॥
प्रीत्यर्थं ब्राह्मणाश् चैव क्षत्रियाश् च विनिर्जिताः ॥
उपाजह्रुर् विशश् चैव शूद्राः शुश्रूषवो ऽपि च ॥
प्रीत्या च बहुमानाच् च अभ्यगच्छन् युधिष्ठिरम् ॥
सर्वे म्लेच्छाः सर्ववर्णा आदिमध्यान्तजास् तथा ॥
नानादेशसमुत्थैश् च नानाजातिभिर् आगतैः ॥
पर्यस्त इव लोको ऽयं युधिष्ठिरनिवेशने ॥
उच्चावचान् उपग्राहान् राजभिः प्रहितान् बहून् ॥
शत्रूणां पश्यतो दुःखान् मुमूर्षा मे ऽद्य जायते ॥
samudrasāraṃ vaiḍūryaṃ muktāḥ śaṅkhāṃs tathaiva ca ||
śataśaś ca kuthāṃs tatra siṃhalāḥ samupāharan ||
saṃvṛtā maṇicīrais tu śyāmās tāmrāntalocanāḥ ||
tān gṛhītvā narās tatra dvāri tiṣṭhanti vāritāḥ ||
prītyarthaṃ brāhmaṇāś caiva kṣatriyāś ca vinirjitāḥ ||
upājahrur viśaś caiva śūdrāḥ śuśrūṣavo 'pi ca ||
prītyā ca bahumānāc ca abhyagacchan yudhiṣṭhiram ||
sarve mlecchāḥ sarvavarṇā ādimadhyāntajās tathā ||
nānādeśasamutthaiś ca nānājātibhir āgataiḥ ||
paryasta iva loko 'yaṃ yudhiṣṭhiraniveśane ||
uccāvacān upagrāhān rājabhiḥ prahitān bahūn ||
śatrūṇāṃ paśyato duḥkhān mumūrṣā me 'dya jāyate ||
«Морскую сущность — вайдурью, жемчуга и раковины, и сотнями попоны — поднесли там синхалы. Облачённые в самоцветные [одежды], смуглые, с медно-краёокими глазами, те люди, взяв это, стоят у врат, [пока] не впущены. Ради приязни и брахманы, и покорённые кшатрии, и вайшьи, и шудры, желающие услужить, подносили [дары]; все млеччхи, все варны, [рождённые] из разных стран и разных родов. Видя многие высокие и низкие приношения, посланные царями врагам [моим], я от горя ныне желаю умереть».
1bfa22349d40 · опубликовано 16 июл. 2026 г., 15:49:22 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Венец каталога — «желание умереть рождается во мне»: зависть довела до отвращения к жизни. Знаменательно, что приходящие «ради приязни» — из любви, а не из страха, — Дурьодхану ранят сильнее всего: ему нестерпима не покорность врагам, а любовь к ним. Стих учит, что зависть в пределе своём становится тягою к смерти: не в силах вынести чужого счастья, она готова угасить и себя. И «все варны, все млеччхи» сошлись из приязни — образ всеединства под дхармою; но завистнику это единство любви есть смертная мука. Кто не вместил в сердце радости о благе ближнего, тому самая полнота мира — невыносима; и зависть, не убив другого, прежде убивает завидующего.