Кришна
भ्रूचापे निहितः कटाक्षविशिखो निर्मातु मर्मव्यथां श्यामात्मा कुटिलः करोतु कबरीभारोऽपि मारोद्यमम् ।
मोहं तावद् अयं च तन्वि तनुतां बिम्बधरो रागवान् सद्वृत्तः स्तनमण्डलस् तव कथं प्राणैर् मम क्रीडति
bhrū-cāpe nihitaḥ kaṭākṣa-viśikho nirmātu marma-vyathāṃ śyāmātmā kuṭilaḥ karotu kabarī-bhāro'pi mārodyamam |
mohaṃ tāvad ayaṃ ca tanvi tanutāṃ bimba-dharo rāgavān sad-vṛttaḥ stana-maṇḍalas tava kathaṃ prāṇair mama krīḍati
metre not identified
Пусть стрела взгляда искоса, положенная на лук бровей, причинит боль в уязвимом месте; пусть извилистый груз твоей косы, тёмный по существу, совершит покушение Мары; пусть и этот, алый, носящий цвет бимбы, прекрасно округлый круг твоих грудей наведёт смятение, о стройная. Но как он играет моею жизнью?
000000000000 · published Jan 1, 1970, 12:00:00 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Три уступки подряд, и все три — позволения: пусть стреляет взгляд, пусть покушается коса, пусть смущает грудь. Ко всему этому Он готов, и всё это законно.
На косу сказано śyāmātmā kuṭilaḥ — «тёмная по природе, извилистая». Оба слова двузначны: коса чёрная и вьющаяся, а нрав — тёмный и лукавый. Упрёк спрятан в описание причёски.
Последняя строка ломает перечень вопросом: kathaṃ prāṇair mama krīḍati — «как она играет моею жизнью?». Стрела и коса действуют по своему ремеслу, а грудь — не оружие; и именно она делает то, на что права не имела.