युधिष्ठिर उवाच
रथानां शकटानां च हयानां चायुतानि मे ॥
युक्तानाम् एव तिष्ठन्ति वाहैर् उच्चावचैर् वृताः ॥
एवं वर्णस्य वर्णस्य समुच्चीय सहस्रशः ॥
क्षीरं पिबन्तस् तिष्ठन्ति भुञ्जानाः शालितण्डुलान् ॥
षष्टिस् तानि सहस्राणि सर्वे पृथुलवक्षसः ॥
एतद् राजन् धनं मह्यं तेन दीव्याम्य् अहं त्वया ॥
वैशंपायन उवाच
एतच् छ्रुत्वा व्यवसितो निकृतिं समुपाश्रितः ॥
जितम् इत्य् एव शकुनिर् युधिष्ठिरम् अभाषत ॥
yudhiṣṭhira uvāca
rathānāṃ śakaṭānāṃ ca hayānāṃ cāyutāni me ||
yuktānām eva tiṣṭhanti vāhair uccāvacair vṛtāḥ ||
evaṃ varṇasya varṇasya samuccīya sahasraśaḥ ||
kṣīraṃ pibantas tiṣṭhanti bhuñjānāḥ śālitaṇḍulān ||
ṣaṣṭis tāni sahasrāṇi sarve pṛthulavakṣasaḥ ||
etad rājan dhanaṃ mahyaṃ tena dīvyāmy ahaṃ tvayā ||
vaiśaṃpāyana uvāca
etac chrutvā vyavasito nikṛtiṃ samupāśritaḥ ||
jitam ity eva śakunir yudhiṣṭhiram abhāṣata ||
[Юдхиштхира:] «Десятки тысяч запряжённых колесниц, повозок и коней стоят [у] меня, окружённые возницами разного рода; и [люди] всякой варны, собранные тысячами, стоят, пьющие молоко и питающиеся рисом-шали, — шестьдесят тысяч их, все широкогрудые; это моё богатство, о царь, им я играю с тобою». Услышав то, Шакуни, прибегший к обману, сказал Юдхиштхире лишь: «Выиграно!»
4f72427b3b88 · published Jun 16, 2026, 4:25:00 PM UTC
Page between verses with
Ставится уже население — «люди всякой варны», шестьдесят тысяч. Знаменательно, что азарт расширяет своё поглощение: от утвари к стадам, от стад к слугам, от слуг к целым множествам людей. Стих учит, что страсть не насыщается, а растёт: чем больше проиграно, тем крупнее следующая ставка, ибо отчаявшийся отыграться ставит всё крупнее. И вовлечение в игру судеб тысяч невинных являет, как грех правителя влечёт за собою многих: не один игрок гибнет, но и зависимые от него. Кто, играя, ставит подвластных, тот распоряжается не своим лишь, но и чужими жизнями; и пагуба властителя становится пагубою народа.