Mahabharata · 14.95.12
॥
Devanāgarī
ततः कर्मान्तरे राजन्न् अगस्त्यस्य महात्मनः ॥
कथेयम् अभिनिर्वृत्ता मुनीनां भावितात्मनाम् ॥
Transliteration (IAST)
tataḥ karmāntare rājann agastyasya mahātmanaḥ ||
katheyam abhinirvṛttā munīnāṃ bhāvitātmanām ||
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
ततः कर्मान्तरे राजन्tataḥ karmāntare rājanзатем [в] промежутке обряда, о царь; потом, [в] перерыве обряда, о царь
अगस्त्यस्य महात्मनःagastyasya mahātmanaḥ[у] Агастьи великодушного; [на жертве] Агастьи великого душою
कथा इयम् अभिनिर्वृत्ताkathā iyam abhinirvṛttāбеседа эта возникла; разговор сей завязался
मुनीनां भावितात्मनाम्munīnāṃ bhāvitātmanām[у] мудрецов, [чья] душа очищена; [меж] муни, [с] просветлённою душою
Translation
[Вайшампаяна сказал:] «Затем, в перерыве обряда, о царь, у великодушного Агастьи возникла эта беседа меж мудрецов с просветлённою душою».
Version
94422f6d409f · published Jun 21, 2026, 10:50:00 AM UTC
Available inRUPage between verses with
В перерыве обряда меж просветлённых мудрецов завязывается беседа о грозящей нужде. Знаменательно, что даже очищенные душою размышляют о земной заботе — пропитании жертвы. Стих учит, что попечение о насущном не чуждо святым, но решается ими в свете дхармы. Их тревога не о себе, а о деле и о ближнем; и из этой заботы родится повод явить силу Агастьи и истину о ненасилии.