И Господь — сгусток знания, но принявший облик несмышлёного, милосерднейший, словно довольный уже тем, что она в облике матери, — едва она коснулась Его, взобрался к ней на колени. А она с почтением положила Его на колени и на глазах у двух матерей, как любящая мать, вложила Ему в губы грудь — кувшин с ядом, прикрытый молоком.