brāhmaṇa uvāca
दुरत्यये ऽध्वन्य् अजया निवेशितो रजस्-तमः-सत्त्व-विभक्त-कर्मदृक्
स एष सार्थो ऽर्थ-परः परिभ्रमन् भवाटवीं याति न शर्म विन्दति
यस्याम् इमे षण् नर-देव दस्यवः सार्थं विलुम्पन्ति कुनायकं बलात्
गोमायवो यत्र हरन्ति सार्थिकं प्रमत्तम् आविश्य यथोरणं वृकाः
duratyaye 'dhvany ajayā niveśito rajas-tamaḥ-sattva-vibhakta-karmadṛk
sa eṣa sārtho 'rtha-paraḥ paribhraman bhavāṭavīṃ yāti na śarma vindati
yasyām ime ṣaṇ nara-deva dasyavaḥ sārthaṃ vilumpanti kunāyakaṃ balāt
gomāyavo yatra haranti sārthikaṃ pramattam āviśya yathoraṇaṃ vṛkāḥ
Брахман сказал: «Помещённый нерождённою на труднопроходимую дорогу, видящий дело разделённым страстью, тьмою и ясностью, — этот караван, у которого выгода превыше всего, блуждая, идёт лесом бытия и не обретает покоя. А в нём, о бог людей, шестеро разбойников силою грабят караван, у которого дурной вожатый; и шакалы уносят там беспечного попутчика, подкравшись, как волки ягнёнка.
1e87ee95440b · publicado 14 ago 2026, 15:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Притча взята из купеческого быта: сартха — торговый обоз, что идёт лесом со стражей и вожатым и всё равно подвергается грабежу.
Ку-наякам — «у кого дурной вожатый». Беда не в том, что разбойники сильны, а в том, что ведёт караван негодный проводник: ум.
Гомаявах — «шакалы», буквально «землеголосые». В лесу они не нападают, а подбирают отставших; оттого и сказано «беспечного».