वालखिल्यः स्वयंभुवं परिपृच्छति जगतां का विद्या का देवता जाग्रत्तुरीययोरस्य को देवो यानि तस्य वशानि कालाः कियत्प्रमाणाः कस्याज्ञया रविचन्द्रग्रहादयो भासन्ते कस्य महिमा गगनस्वरूप एतदहं श्रोतुमिच्छामि नान्यो जानाति त्वं ब्रूहि ब्रह्मन्
vālakhilyaḥ svayaṃbhuvaṃ paripṛcchati jagatāṃ kā vidyā kā devatā jāgratturīyayorasya ko devo yāni tasya vaśāni kālāḥ kiyatpramāṇāḥ kasyājñayā ravicandragrahādayo bhāsante kasya mahimā gaganasvarūpa etadahaṃ śrotumicchāmi nānyo jānāti tvaṃ brūhi brahman
«…Валакхилья спрашивает Самосущего: какова наука миров? каково божество? …чьим повелением светят солнце, луна и светила? чьё величие — облик неба? Это я желаю услышать: иной не знает; ты скажи, брахман».
3fe50a8b2f6b · publicado 3 ago 2026, 4:51:04 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Вопросы заданы, и стои́т заметить, как они устроены: почти все начинаются со слова касья, «чьим, чьё».
Чьим повелением светят светила? чьё величие есть небо? Не «отчего светят» и не «что такое небо», а — чьё. То есть спрашивающий с самого начала предполагает, что за устройством мира стои́т кто-то, и хочет знать, кто именно.
Различение это не мелочь. Вопрос «как устроено?» и вопрос «чьё это?» суть разные вопросы, и на первый отвечает наука, а на второй — только сам хозяин или тот, кто его знает. Оттого и прибавлено: нанйо джанати, «иной не знает».
Вайшнавское чтение эту постановку считает единственно правильной для таких предметов. О Нём нельзя узнать исследованием, потому что исследуют вещи, а Он не вещь; о Нём узнают, спросив. И вся Гита есть ответ на вопрос, заданный точно так же — не «как устроен мир», а «скажи мне определённо, что для меня благо» (2.7).