śrī-rājovāca
कथितो वंश-विस्तारो भवता सोम-सूर्ययोः
राज्ञां चोभय-वंश्यानां चरितं परमाद्भुतम्
यदोश् च धर्म-शीलस्य नितरां मुनि-सत्तम
तत्रांशेनावतीर्णस्य विष्णोर् वीर्याणि शंस नः
अवतीर्य यदोर् वंशे भगवान् भूत-भावनः
कृतवान् यानि विश्वात्मा तानि नो वद विस्तरात्
निवृत्त-तर्षैर् उपगीयमानाद् भवौषधाच् छ्रोत्र-मनो-ऽभिरामात्
क उत्तमश्लोक-गुणानुवादात् पुमान् विरज्येत विना पशुघ्नात्
पितामहा मे समरे ऽमरञ्जयैर् देवव्रताद्यातिरथैस् तिमिङ्गिलैः
दुरत्ययं कौरव-सैन्य-सागरं कृत्वातरन् वत्स-पदं स्म यत्-प्लवाः
द्रौण्य्-अस्त्र-विप्लुष्टम् इदं मद्-अङ्गं सन्तान-बीजं कुरु-पाण्डवानाम्
जुगोप कुक्षिं गत आत्त-चक्रो मातुश् च मे यः शरणं गतायाः
वीर्याणि तस्याखिल-देह-भाजाम् अन्तर् बहिः पूरुष-काल-रूपैः
प्रयच्छतो मृत्युम् उतामृतं च माया-मनुष्यस्य वदस्व विद्वन्
kathito vaṃśa-vistāro bhavatā soma-sūryayoḥ
rājñāṃ cobhaya-vaṃśyānāṃ caritaṃ paramādbhutam
yadoś ca dharma-śīlasya nitarāṃ muni-sattama
tatrāṃśenāvatīrṇasya viṣṇor vīryāṇi śaṃsa naḥ
avatīrya yador vaṃśe bhagavān bhūta-bhāvanaḥ
kṛtavān yāni viśvātmā tāni no vada vistarāt
nivṛtta-tarṣair upagīyamānād bhavauṣadhāc chrotra-mano-'bhirāmāt
ka uttamaśloka-guṇānuvādāt pumān virajyeta vinā paśughnāt
pitāmahā me samare 'marañjayair devavratādyātirathais timiṅgilaiḥ
duratyayaṃ kaurava-sainya-sāgaraṃ kṛtvātaran vatsa-padaṃ sma yat-plavāḥ
drauṇy-astra-vipluṣṭam idaṃ mad-aṅgaṃ santāna-bījaṃ kuru-pāṇḍavānām
jugopa kukṣiṃ gata ātta-cakro mātuś ca me yaḥ śaraṇaṃ gatāyāḥ
vīryāṇi tasyākhila-deha-bhājām antar bahiḥ pūruṣa-kāla-rūpaiḥ
prayacchato mṛtyum utāmṛtaṃ ca māyā-manuṣyasya vadasva vidvan
«Поведано тобою обширное родословие Луны и Солнца и деяния царей обоих родов, крайне дивные, и особенно [род] Яду, чей нрав — дхарма, о лучший из муни. Поведай нам о подвигах Вишну, нисшедшего в него частью; нисшедши в род Яду, Владыка, творящий существа, что совершил Он, самость вселенной, — расскажи нам подробно. Какой человек отвратится от повествования о качествах Уттамашлоки — воспеваемого утолившими жажду, лекарства от бытия, услады слуха и ума, — кроме убийцы животных? Деды мои в битве, [где] непобедимые для бессмертных Девеврата и прочие атиратхи [были] китами, — непреодолимый океан войска Кауравов перешли, как след телячьего копытца, имея Его ладьёю. Это моё тело, опалённое оружием сына Дроны, семя продолжения Куру и Пандавов, защитил Тот, кто, взяв чакру, вошёл во чрево моей матери, прибегшей [к Нему]. Подвиги Того, кто всем носящим тело — внутри и снаружи, в образах Пуруши и времени — дарует смерть и бессмертие, [подвиги] играющего человеком, поведай, о знающий».
2a5f042e6d60 · опубликовано 15 авг. 2026 г., 16:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Нивритта-таршаих упагияманат — «воспеваемого утолившими жажду». Поют о Нём не жаждущие, а уже напившиеся: тем, кому больше нечего просить. Похвала от таких людей и стоит дороже всего.
Бхава-аушадхат — «лекарства от бытия». Бхава — не жизнь, а круговорот рождений; повествование названо снадобьем от него. И тут же добавлено, что снадобье это сладко: «услада слуха и ума».
Вина пашу-гхнат — «кроме убийцы животных». Единственное исключение сказано резко. Пашу-гхна — «убивающий скот», а по толкованию и тот, кто губит в себе живое. Кто способен отвернуться от такого рассказа, тот уже кого-то убивает.
Ватса-падам — «след телячьего копытца». Океан войск, где Бхишма был китом, переступили, как лужицу в отпечатке копыта. Мера взята нарочно маленькая — и потому убедительная.
Мая-манушасья — «играющего человеком». Одно слово, которым задана вся десятая песнь: Он человек по видимости, не по природе. Просьба звучит именно о деяниях этого «человека».