इत्य् उक्त्वा प्रययौ राजा सह क्षत्त्रा युधिष्ठिरः ॥
अमृष्यमाणस् तत् पार्थः समाह्वानम् अरिंदमः ॥
बाह्लिकेन रथं दत्तम् आस्थाय परवीरहा ॥
परिच्छन्नो ययौ पार्थो भ्रातृभिः सह पाण्डवः ॥
राजश्रिया दीप्यमानो ययौ ब्रह्मपुरःसरः ॥
धृतराष्ट्रेण चाहूतः कालस्य समयेन च ॥
ity uktvā prayayau rājā saha kṣattrā yudhiṣṭhiraḥ ||
amṛṣyamāṇas tat pārthaḥ samāhvānam ariṃdamaḥ ||
bāhlikena rathaṃ dattam āsthāya paravīrahā ||
paricchanno yayau pārtho bhrātṛbhiḥ saha pāṇḍavaḥ ||
rājaśriyā dīpyamāno yayau brahmapuraḥsaraḥ ||
dhṛtarāṣṭreṇa cāhūtaḥ kālasya samayena ca ||
Так сказав, царь Юдхиштхира, укротитель врагов, не одобривший того вызова, выступил с Кшаттри [Видурой]. Взойдя на колесницу, данную Бахликой, Партха, убийца вражеских героев, выступил со свитою и братьями, Пандава. Сияя царским великолепием, выступил он, имея брахманов впереди, — вызванный Дхритараштрой и [влекомый] сроком, [отмеренным] временем.
dd2312eb9377 · опубликовано 16 июл. 2026 г., 16:03:36 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
«Не одобривший того вызова» — Юдхиштхира идёт против собственного суждения, влекомый «сроком, [отмеренным] временем». Знаменательно сочетание: он сияет царским великолепием, имея брахманов впереди, — внешне торжественный выход, внутренне же шествие к беде. Стих учит, что и блеск не отменяет рока: пышное шествие может вести к падению. И «вызванный Дхритараштрой и сроком времени» — два повода соединены: зов человека и зов часа. Праведник идёт, чтя оба, хотя сердцем чужд игре. Так являет себя покорность дхарме до конца: он не уклоняется от того, что почитает должным, даже зная, куда оно ведёт; и величие его не в исходе, а в верности на пути к нему.