युधिष्ठिर उवाच
कथं वै मद्विधो राजा स्वधर्मम् अनुपालयन् ॥
आहूतो विनिवर्तेत दीव्यामि शकुने त्वया ॥
शकुनिर् उवाच
गवाश्वं बहुधेनूकम् अपर्यन्तम् अजाविकम् ॥
गजाः कोशो हिरण्यं च दासीदासं च सर्वशः ॥
एष नो ग्लह एवैको वनवासाय पाण्डवाः ॥
यूयं वयं वा विजिता वसेम वनम् आश्रिताः ॥
अनेन व्यवसायेन दीव्याम भरतर्षभ ॥
समुत्क्षेपेण चैकेन वनवासाय भारत ॥
yudhiṣṭhira uvāca
kathaṃ vai madvidho rājā svadharmam anupālayan ||
āhūto vinivarteta dīvyāmi śakune tvayā ||
śakunir uvāca
gavāśvaṃ bahudhenūkam aparyantam ajāvikam ||
gajāḥ kośo hiraṇyaṃ ca dāsīdāsaṃ ca sarvaśaḥ ||
eṣa no glaha evaiko vanavāsāya pāṇḍavāḥ ||
yūyaṃ vayaṃ vā vijitā vasema vanam āśritāḥ ||
anena vyavasāyena dīvyāma bharatarṣabha ||
samutkṣepeṇa caikena vanavāsāya bhārata ||
[Юдхиштхира:] «Как же царь, подобный мне, блюдущий свою дхарму, повернёт вспять, будучи призван? Играю я с тобою, о Шакуни. Коровы и кони, многодойные стада, бесчисленные козы и овцы, слоны, казна и золото, рабыни и рабы — всё это к нам вернулось; но единственная наша ставка ныне — изгнание в лес: вы или мы, проигравшие, удалимся жить в лес. С этим уговором играем, о бык-Бхарата, — одним-единственным броском, на изгнание в лес, о Бхарата».
f8fa3b5ef760 · опубликовано 16 июл. 2026 г., 16:12:36 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Роковым для Юдхиштхиры стало понятие чести, обращённое врагом против него: «как царь, блюдущий дхарму, повернёт вспять, будучи призван?» Обет кшатрия — не отказывать вызову — свят на поле брани, но здесь он завлекает в ловушку, ибо приложен не к месту. Так высшая добродетель, не озарённая различением, делается дверью для беды: верность букве долга предаёт его дух. Знаменательно, что ставкою избран не возвращённый достаток, а самые годы жизни — изгнание; и единый бросок решит всё. Стих учит, что добродетель требует мудрости о времени и месте её приложения; что обет, исполняемый там, где он не обязывает, обращается в самопогубление; и что враг всего опаснее, когда умеет обратить против нас нашу же честь.