ततस् तु तौ नवम् अभिवीक्ष्य यौवनं; परस्परं विगतजराव् इवामरौ ॥
ननन्दतुः शयनगतौ वपुर्धरौ; श्रिया युतौ द्विजवरदत्तया तया ॥
स चाप्य् ऋषिर् भृगुकुलकीर्तिवर्धनस्; तपोधनो वनम् अभिरामम् ऋद्धिमत् ॥
मनीषया बहुविधरत्नभूषितं; ससर्ज यन् नास्ति शतक्रतोर् अपि ॥
tatas tu tau navam abhivīkṣya yauvanaṃ; parasparaṃ vigatajarāv ivāmarau ||
nanandatuḥ śayanagatau vapurdharau; śriyā yutau dvijavaradattayā tayā ||
sa cāpy ṛṣir bhṛgukulakīrtivardhanas; tapodhano vanam abhirāmam ṛddhimat ||
manīṣayā bahuvidharatnabhūṣitaṃ; sasarja yan nāsti śatakrator api ||
«Затем же те двое, новую узрев юность, друг друга, как лишённые старости бессмертные, возрадовались, на ложе взошедшие, красоту носящие, красотою наделённые, тою, лучшим из дваждырождённых данной. И тот риши, Бхригу рода славы умножитель, подвигом богатый, лес прелестный, изобильный, мыслью многоразличными самоцветами украшенный, сотворил — какого нет и у Шатакрату».
17dc25f1b0ce · опубликовано 20 июн. 2026 г., 23:20:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Глава завершается двойным блаженством: омолодившиеся супруги, «как нестареющие бессмертные», радуются друг другу и дарованной красе, а мудрец силою мысли творит дивный самоцветный лес, «какого нет и у самого Индры». Знаменательно, что плод выдержанного терпения — не только восстановленная молодость и любовь четы, но и явленное всемогущество подвижника, превзошедшего царя богов. Так сказание о суровом испытании разрешается в ликование и изобилие, предваряя грядущее благословение (соединение родов): кто претерпел с незлобивым сердцем, тот наследует и радость, и нетленную милость.