摩诃婆罗多 · 14.57.20
॥
天城文
शाखास्व् आसज्य तस्यैव कृष्णाजिनम् अरिंदम ॥
यस्मिंस् ते कुण्डले बद्धे तदा द्विजवरेण वै ॥
转写 (IAST)
śākhāsv āsajya tasyaiva kṛṣṇājinam ariṃdama ||
yasmiṃs te kuṇḍale baddhe tadā dvijavareṇa vai ||
逐字释义
梵语IAST释义
शाखासु आसज्य तस्य एवśākhāsu āsajya tasya evaна ветвях [его] повесив; повесив на ветвях того [древа]
कृष्णाजिनम् अरिंदमkṛṣṇājinam ariṃdamaчёрную шкуру, о сокрушитель врагов; чёрную шкуру, о усмиритель недругов
यस्मिन् ते कुण्डले बद्धेyasmin te kuṇḍale baddhe[в] коей те серьги связаны; в которой увязаны те серьги
तदा द्विजवरेण वैtadā dvijavareṇa vaiтогда лучшим из дваждырождённых; тогда [сим] превосходным брахманом
译文
[Вайшампаяна сказал:] «Повесив на ветвях [того древа] чёрную шкуру, о сокрушитель врагов, в которой были увязаны те серьги лучшим из дваждырождённых…»
版本
fc2a00a3b779 · 发布于 2026年6月21日 07:40:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Ради удобства Уттанка вешает шкуру с серьгами на ветвь — святыня оставлена без рук. Знаменательно, что именно это, малое отступление от бдительности, погубит дело. Стих учит, что вверенное нельзя выпускать из рук даже на миг: оставленное «удобно» становится добычею. Кто отлагает святыню ради телесной нужды, забывает предупреждение о неусыпности; и беспечный жест Уттанки, повесившего серьги, отверзает дверь хищнику, стерегущему оплошность.