Upanishads · Sarvasāra 9
॥
Devanāgarī
एतत्कोशचतुष्टयं संसक्तं स्वकारणाज्ञाने वटकणिकायामिव वृक्षो यदा वर्तते तदानन्दमयः कोश इत्युच्यते
Transliteration (IAST)
etatkośacatuṣṭayaṃ saṃsaktaṃ svakāraṇājñāne vaṭakaṇikāyāmiva vṛkṣo yadā vartate tadānandamayaḥ kośa ityucyate
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
एतत्-कोश-चतुष्टयं संसक्तंetat-kośa-catuṣṭayaṃ saṃsaktaṃк этой четверице оболочек примкнув
स्व-कारणाज्ञानेsva-kāraṇājñāneв неведении, своей причине
वट-कणिकायाम् इव वृक्षोvaṭa-kaṇikāyām iva vṛkṣoкак дерево в семечке баньяна
यदा वर्ततेyadā vartateкогда пребывает
तदानन्दमयः कोश इत्य् उच्यतेtadānandamayaḥ kośa ity ucyateтогда именуется оболочкой из блаженства
Translation
Когда, примкнув к этой четверице оболочек, он пребывает в неведении — своей причине — как дерево в семечке баньяна, — тогда это именуется оболочкой из блаженства.
Version
e3019b19496c · published Aug 2, 2026, 1:53:03 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Пятая оболочка, и определение её самое неожиданное: **анандамая-коша есть неведение**, в котором всё прочее свёрнуто.
Сравнение взято из Чхандогьи, где Уддалака велит сыну разломить плод баньяна: «Что видишь?» — «Семечки». — «Разломи одно». — «Ничего не вижу». — «Из этого невидимого и стои́т великий баньян».
Здесь тот же образ повёрнут в другую сторону: как **дерево спрятано в семечке**, так все четыре оболочки свёрнуты в пятой.
Отсюда и её место в этих книгах: блаженство глубокого сна — не освобождение, а **семя**, из которого всё прорастёт снова. Тем и объясняется, почему Тайттирия не остановилась на анандамае, а искала дальше.