Upanishads · Kuṇḍikā 16
॥
Devanāgarī
आकाशवत्कल्पविदूरगोहमादित्यवद्भास्यविलक्षणोऽहम् । अहार्यवन्नित्यविनिश्चलोऽहमम्भोधिवत्पारविवर्जितोऽहम्
Transliteration (IAST)
ākāśavatkalpavidūragohamādityavadbhāsyavilakṣaṇo'ham | ahāryavannityaviniścalo'hamambhodhivatpāravivarjito'ham
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
आकाश-वत् कल्प-विदूर-गः अहम्ākāśa-vat kalpa-vidūra-gaḥ ahamкак пространство, далёк от измышлений я
आदित्य-वत् भास्य-विलक्षणः अहम्āditya-vat bhāsya-vilakṣaṇaḥ ahamкак солнце, отличен от освещаемого я
अ-हार्य-वत् नित्य-विनिश्चलः अहम्a-hārya-vat nitya-viniścalaḥ ahamкак несдвигаемое, вечно недвижен я
अम्भोधि-वत् पार-विवर्जितः अहम्ambhodhi-vat pāra-vivarjitaḥ ahamкак океан, лишён берегов я
Translation
«Как пространство — далёк от измышлений; как солнце — отличен от освещаемого; как несдвигаемая гора — вечно недвижен; как океан — без берегов».
Version
f61d260c8c42 · published Aug 3, 2026, 4:01:20 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Четыре подобия в одной строке, и второе из них стои́т разбора: адитьяват бхасья-вилакшано 'хам, «как солнце, отличен от освещаемого».
Замечу, что это подобие различия, а не единства. Солнце и то, что оно освещает, — не одно; и сказано прямо вилакшана, «отличный, иного признака». То есть в самой середине строки, где перечисляются свойства «я», стои́т образ, требующий двоих: светящего и освещаемого.
Это не придирка. Три остальных подобия — пространство, гора, океан — говорят о свойствах: необъятности, недвижности, безбрежности. А второе говорит об отношении; и отношение это не отменяется, а утверждается.
Вайшнавское чтение этим и пользуется. Душа отлична от того, что она сознаёт, — с этим согласны все; но раз так, то отличие не есть недостаток и не подлежит упразднению. А если оно не подлежит упразднению между душою и её предметом, то надо объяснить, отчего оно подлежит упразднению между душою и Тем, кто её освещает.
Прибавлю о последнем подобии. Амбходхиват пара-виварджито 'хам, «как океан, лишён берегов». Океан безбрежен для того, кто в нём плывёт; а видом сверху берега у него есть. Подобия величия все таковы: они говорят о том, как это выглядит изнутри, и потому годятся как описание переживания, а не как утверждение о размерах.