«Его руки — как свежие побеги, ногти — как полные луны, щёки — как зеркала, блеск тёмен, как новая туча; женщины, жаждущие, кружат вокруг Его лица, как пчёлы вокруг увиденного лотоса; для праведника Он — луна, с поклонившимися обходится, как с сыновьями, а беседки считает дворцами».