«„Тот владыка мира, иной, чем я, о котором ты, злосчастный, говорил, — где он? Если он всюду, то почему не виден в столбе? Вот я сниму голову с тела у тебя, хвастуна; пусть нынче защитит тебя Хари, которого ты избрал прибежищем“. Так вновь и вновь терзая дурными речами в ярости сына, великого преданного, великий асур, схватив меч, вскочил с превосходного сиденья и ударил в столб своим кулаком, весьма сильный. Тогда же в нём возник крайне ужасающий гул, от которого треснула скорлупа яйца; и нерождённый и прочие, услышав его, дошедший до их обителей, сочли, о милый, что настал конец их жилищам. Он, шагая с силою, желая убить сына, услышав гул, небывалый и дивный, не увидел в собрании его источника — [гула], от которого затрепетали вожди дружин врагов богов».