भीष्म उवाच
उक्तवान् अस्मि कल्याणि धर्मस्य तु परां गतिम् ॥
लोके न शक्यते गन्तुम् अपि विप्रैर् महात्मभिः ॥
बलवांस् तु यथा धर्मं लोके पश्यति पूरुषः ॥
स धर्मो धर्मवेलायां भवत्य् अभिहितः परैः ॥
न विवेक्तुं च ते प्रश्नम् एतं शक्नोमि निश्चयात् ॥
सूक्ष्मत्वाद् गहनत्वाच् च कार्यस्यास्य च गौरवात् ॥
bhīṣma uvāca
uktavān asmi kalyāṇi dharmasya tu parāṃ gatim ||
loke na śakyate gantum api viprair mahātmabhiḥ ||
balavāṃs tu yathā dharmaṃ loke paśyati pūruṣaḥ ||
sa dharmo dharmavelāyāṃ bhavaty abhihitaḥ paraiḥ ||
na vivektuṃ ca te praśnam etaṃ śaknomi niścayāt ||
sūkṣmatvād gahanatvāc ca kāryasyāsya ca gauravāt ||
[Бхишма:] «Я уже сказал, благая, что высший путь дхармы недостижим в мире даже для великих духом мудрецов. Как сильный человек видит дхарму в мире, такая дхарма в час решения и признаётся за дхарму прочими. И не могу я с достоверностью разрешить твой вопрос — из-за его тонкости, непостижимой глубины и важности».
239a04b742e8 · опубликовано 16 июл. 2026 г., 16:12:36 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
В словах Бхишмы — горькая правда о падшем мире: «как сильный видит дхарму, так она и признаётся». Это не одобрение силы, а скорбное свидетельство, что там, где власть отделилась от правды, закон делается заложником сильнейшего. Бхишма не лукавит, но и не находит в себе силы пресечь зло — и самое его признание в бессилии обличает трагедию связанного клятвой служителя неправого престола. Стих учит, что знание дхармы без мужества исповедать её бесплодно; и что отговорка «вопрос слишком тонок» в час явного злодеяния есть уже уклонение, — ибо иные дела тонки для рассуждения, но прозрачны для совести.