एतत् समीक्ष्यात्मनि चावमानं; नियम्य मन्युं बलवान् स मानी ॥
राजानुगः संसदि कौरवाणां; विनिष्क्रमन् वाक्यम् उवाच भीमः ॥
अहं दुर्योधनं हन्ता कर्णं हन्ता धनंजयः ॥
शकुनिं चाक्षकितवं सहदेवो हनिष्यति ॥
इदं च भूयो वक्ष्यामि सभामध्ये बृहद् वचः ॥
सत्यं देवाः करिष्यन्ति यन् नो युद्धं भविष्यति ॥
सुयोधनम् इमं पापं हन्तास्मि गदया युधि ॥
शिरः पादेन चास्याहम् अधिष्ठास्यामि भूतले ॥
वाक्यशूरस्य चैवास्य परुषस्य दुरात्मनः ॥
दुःशासनस्य रुधिरं पातास्मि मृगराड् इव ॥
etat samīkṣyātmani cāvamānaṃ; niyamya manyuṃ balavān sa mānī ||
rājānugaḥ saṃsadi kauravāṇāṃ; viniṣkraman vākyam uvāca bhīmaḥ ||
ahaṃ duryodhanaṃ hantā karṇaṃ hantā dhanaṃjayaḥ ||
śakuniṃ cākṣakitavaṃ sahadevo haniṣyati ||
idaṃ ca bhūyo vakṣyāmi sabhāmadhye bṛhad vacaḥ ||
satyaṃ devāḥ kariṣyanti yan no yuddhaṃ bhaviṣyati ||
suyodhanam imaṃ pāpaṃ hantāsmi gadayā yudhi ||
śiraḥ pādena cāsyāham adhiṣṭhāsyāmi bhūtale ||
vākyaśūrasya caivāsya paruṣasya durātmanaḥ ||
duḥśāsanasya rudhiraṃ pātāsmi mṛgarāḍ iva ||
Узрев это поругание себя и обуздав ярость, тот сильный и гордый Бхима, следуя за царём и выходя из собрания Кауравов, изрёк слово: «Я — убийца Дурьодханы, Дхананджая — убийца Карны, а Шакуни, шулера в кости, убьёт Сахадева. И вот ещё великое слово скажу я средь собрания: боги соделают истиной то, что будет у нас битва. Этого грешного Суйодхану я убью палицею в бою и прижму главу его стопою к земле. А кровь этого храброго на словах, грубого, злодушного Духшасаны я изопью, как лев».
8cf1800a32fe · опубликовано 16 июл. 2026 г., 16:12:36 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Обет Бхимы — не пустая угроза, а распределение праведного воздаяния: каждому виновному назначен свой судия — Дурьодхане, Карне, Шакуни. Так возмездие дхармы не слепо, но соразмерно и поимённо. Призыв «боги соделают истинным» возводит клятву из личной мести в исполнение высшего закона: грядущая брань есть не своеволие, а свершение справедливости, которой свидетели — небеса. Знаменательно, что обет дан не в запальчивости, а по «обузданию ярости»: он холоднее гнева и оттого неотменимее. Стих учит, что праведное воздаяние именует и взвешивает, а не разит без разбора; что клятва, отданная на суд богов, перестаёт быть местью и делается орудием дхармы; и что слово, изречённое в обуздании, тверже всякого крика.