एवं निवसतस्तस्य लालयानस्य तत्सुतान्
कालो ऽत्यगान् महान् राजन्नष्टाशीत्यायुषः समाः
तस्य प्रवयसः पुत्रा दश तेषां तु यो ऽवमः
बालो नारायणो नाम्ना पित्रोश्च दयितो भृशम्
स बद्धहृदयस्तस्मिन्नर्भके कलभाषिणि
निरीक्षमाणस्तल्लीलां मुमुदे जरठो भृशम्
भुञ्जानः प्रपिबन् खादन् बालकं स्नेहयन्त्रितः
भोजयन् पाययन् मूढो न वेदागतमन्तकम्
evaṃ nivasatastasya lālayānasya tatsutān
kālo 'tyagān mahān rājannaṣṭāśītyāyuṣaḥ samāḥ
tasya pravayasaḥ putrā daśa teṣāṃ tu yo 'vamaḥ
bālo nārāyaṇo nāmnā pitrośca dayito bhṛśam
sa baddhahṛdayastasminnarbhake kalabhāṣiṇi
nirīkṣamāṇastallīlāṃ mumude jaraṭho bhṛśam
bhuñjānaḥ prapiban khādan bālakaṃ snehayantritaḥ
bhojayan pāyayan mūḍho na vedāgatamantakam
«„Так он жил, лелея её сыновей, и прошло много времени, царь, — восемьдесят восемь лет его жизни. У него, престарелого, было десять сыновей; младший из них, мальчик по имени Нараяна, был обоим родителям крайне дорог. Сердцем привязанный к этому лепечущему малышу, старик, глядя на его игру, весьма радовался; и, когда ел, пил или жевал, — связанный любовью, он кормил и поил ребёнка и, глупец, не заметил, что пришёл Кончина“».
21ccec272da3 · 发布于 2026年8月14日 17:00:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Восемьдесят восемь лет уместились в одну строку, а последние минуты займут двадцать стихов. Так устроен весь рассказ: жизнь пересказана скороговоркой, потому что решится всё не в ней.
Кала-бхашини — «лепечущий», буквально «говорящий невнятно». Ребёнку года три, имя своё он ещё выговаривает плохо — и это имя окажется единственным, что старик успеет произнести.
Снеха-янтрита — «связанный любовью». Янтрита — стянутый снастью, взнузданный; слово о привязи, а не о чувстве. Тот же корень, что в янтра, «снаряд».
Три глагола подряд — ел, пил, жевал — и тут же три обратных: кормя, поя. Он не мог есть, не давая ребёнку. И ровно посреди этой домашней теплоты стоит на веда агатам антакам — «не заметил, что пришёл Конец». Слово антака значит и «смерть», и просто «кончающий».