Матери и отцы, с сердцами, тающими от любви, мокрые от слёз, жаждали накормить сыновей всем, что есть, — и сотнями уговоров, у матерей тайных, у отцов явных, выраженных умом, речью и взглядом, побуждали Кришну и других; и те, хоть и сытые, снова и снова ели, и радости их не было конца.