मृत्युकाले सहस्राक्ष यां वृत्तिम् अनुकाङ्क्षते ॥
लोकान् बहुविधान् दिव्यान् यद् वास्य हृदि वर्तते ॥
तत् सर्वं समवाप्नोति कर्मणा तेन मानवः ॥
गोभिश् च समनुज्ञातः सर्वत्र स महीयते ॥
यस् त्व् एतेनैव विधिना गां वनेष्व् अनुगच्छति ॥
तृणगोमयपर्णाशी निःस्पृहो नियतः शुचिः ॥
अकामं तेन वस्तव्यं मुदितेन शतक्रतो ॥
मम लोके सुरैः सार्धं लोके यत्रापि चेच्छति ॥
mṛtyukāle sahasrākṣa yāṃ vṛttim anukāṅkṣate ||
lokān bahuvidhān divyān yad vāsya hṛdi vartate ||
tat sarvaṃ samavāpnoti karmaṇā tena mānavaḥ ||
gobhiś ca samanujñātaḥ sarvatra sa mahīyate ||
yas tv etenaiva vidhinā gāṃ vaneṣv anugacchati ||
tṛṇagomayaparṇāśī niḥspṛho niyataḥ śuciḥ ||
akāmaṃ tena vastavyaṃ muditena śatakrato ||
mama loke suraiḥ sārdhaṃ loke yatrāpi cecchati ||
«В смертный час, о тысячеокий, какую участь желает, миры многоразличные, дивные, или что в его сердце, — то всё обретает делом тем человек; и коровами одобренный, повсюду он величается. Кто же этим самым уставом за коровою в лесах следует, травой-навозом-листьями питающийся, бесстрастный, обузданный, чистый, — бесстрастно тем да обитается, радостным, о Шатакрату, в моём мире с богами вместе, в мире, где бы ни пожелал».
c1929823b26f · 发布于 2026年6月21日 00:55:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Венчает учение двойное обетование. Защитнику коров и брахманов — что «в смертный час он обретёт любой удел, какой пожелает сердцем», и, «коровами одобренный, всюду чтим»: спасшему беззащитных дано умереть с исполненным чаянием. А высшему из ревнителей — тому, кто «следует за коровою в лесах», питаясь травою, навозом и листьями, бесстрастный и чистый, — уготован сам мир Брахмы, «с богами вместе, где бы он ни пожелал». Знаменательно, что пастырь-аскет, всецело отдавший себя служению корове, восходит к высочайшей обители. Так любовь к корове, доведённая до самоотречения, отверзает врата самого высшего неба.