奥义书 · Āruṇika 11
॥
天城文
खल्वहं ब्रह्मसूचनात्सूत्रं ब्रह्मसूत्रमहमेव विद्वान्त्रिवृत्सूत्रं त्यजेद्विद्वान्य एवं वेद संन्यस्तं मया संन्यस्तं मया संन्यस्तं मयेति त्रिरुक्त्वाभयं सर्वभूतेभ्यो मत्तः सर्वं प्रवर्तते
转写 (IAST)
khalvahaṃ brahmasūcanātsūtraṃ brahmasūtramahameva vidvāntrivṛtsūtraṃ tyajedvidvānya evaṃ veda saṃnyastaṃ mayā saṃnyastaṃ mayā saṃnyastaṃ mayeti triruktvābhayaṃ sarvabhūtebhyo mattaḥ sarvaṃ pravartate
逐字释义
梵语IAST释义
खल्व् अहं ब्रह्म-सूचनात् सूत्रंkhalv ahaṃ brahma-sūcanāt sūtraṃведь я — нить, ибо указую на Брахмана
ब्रह्म-सूत्रम् अहम् एवbrahma-sūtram aham evaнить Брахмана — я же и есть
विद्वान् त्रि-वृत्-सूत्रं त्यजेद्vidvān tri-vṛt-sūtraṃ tyajedзнающий да отбросит тройную нить
विद्वान् य एवं वेदvidvān ya evaṃ vedaзнающий — тот, кто знает так
संन्यस्तं मयाsaṃnyastaṃ mayā«отречено мною»
संन्यस्तं मया संन्यस्तं मयेतिsaṃnyastaṃ mayā saṃnyastaṃ mayeti«отречено мною, отречено мною»
त्रिर् उक्त्वाभयं सर्व-भूतेभ्योtrir uktvābhayaṃ sarva-bhūtebhyoтрижды сказав — бесстрашие всем существам
मत्तः सर्वं प्रवर्ततेmattaḥ sarvaṃ pravartateот меня всё исходит
译文
«Ведь я — нить: ибо на Брахмана указует нить, а нить Брахмана — я же и есть». Знающий пусть отбросит тройную нить — знающий, тот, кто знает так. Сказав трижды: «отречено мною, отречено мною, отречено мною», — [даёт] бесстрашие всем существам: «от меня всё исходит».
版本
3efbcf8a81ed · 发布于 2026年7月30日 18:34:16 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Здесь книга делает единственный свой философский ход — и делает его игрой слов, которая в санскрите работает.
**Сутра** значит «нить». Священный шнур дваждырождённого — сутра. Но сутрой же зовут и краткое речение, «указующее» на Брахмана: от корня sūc, «указывать». Отрекающийся говорит: настоящая нить — та, что указует; а указует на Брахмана не шнур, а я сам. Значит, **нить Брахмана — это я**.
Отсюда вывод: тройной шнур из хлопка можно снять. Не потому, что он ничего не значил, а потому, что означаемое найдено. Знак снимают, когда пришло то, на что он показывал.
Дальше — сама формула отречения, три раза: «отречено мною». Она произносится вслух и трижды, как всякое необратимое заявление.
И последнее, ради чего стои́т задержаться. Плод отречения назван не «я свободен», а **«бесстрашие всем существам»** — abhayaṁ sarva-bhūtebhyaḥ. Тот, кому ничего не принадлежит, никому не опасен: он ни у кого ничего не отнимет и ни за что не будет драться. Отречение здесь определено через то, чем оно оборачивается для других.