Сатьявати сказала: «Сделай так, чтобы царица тотчас зачала; в царствах без царя нет ни дождя, ни богов. Как же безначальное царство возможно удержать, о владыка? Потому заложи [ныне] зародыш; Бхишма взрастит его». Вьяса сказал: «Если сын должен быть дан мною скоро, не в [должный] срок, [то] пусть [она] стерпит моё безобразие — таков будет её высший обет. Если она стерпит мой запах, облик, одеяние и тело, [то] ныне же пусть Каусалья (Амбика) зачнёт превосходный плод». Вайшампаяна сказал: «„[Лишь] ожидая соединения [в должный срок]“, — [сказав] так, тот мудрец исчез; тогда та царица, придя к невестке, [с нею] наедине сойдясь, молвила согласное с дхармою, разумное, благое слово: „О Каусалья, внемли мне [то,] что я говорю [тебе как] предписание дхармы; пресечение Бхаратов явно [грядёт] от истощения моей доли. Видя меня удручённою и род отца [моего] утеснённым, Бхишма подал мне здесь совет — и ради возрастания дхармы. Но [исполнение] того совета зависит от тебя, о дочь, — [так] я рассудила; погибший род Бхаратов вновь возроди. Роди сына, о прекраснобёдрая, блеском подобного царю богов; ибо он понесёт тяжкое бремя царства рода нашего“. Она, по дхарме как-то уговорив ту, следующую дхарме [невестку], [затем] накормила брахманов, божественных мудрецов и гостей».