पाण्डुर् उवाच
शत्रूणां या वधे वृत्तिः सा मृगाणां वधे स्मृता ॥
राज्ञां मृग न मां मोहात् त्वं गर्हयितुम् अर्हसि ॥
अच्छद्मनामायया च मृगाणां वध इष्यते ॥
स एव धर्मो राज्ञां तु तद् विद्वान् किं नु गर्हसे ॥
अगस्त्यः सत्रम् आसीनश् चचार मृगयाम् ऋषिः ॥
आरण्यान् सर्वदैवत्यान् मृगान् प्रोक्ष्य महावने ॥
प्रमाणदृष्टधर्मेण कथम् अस्मान् विगर्हसे ॥
अगस्त्यस्याभिचारेण युष्माकं वै वपा हुता ॥
pāṇḍur uvāca
śatrūṇāṃ yā vadhe vṛttiḥ sā mṛgāṇāṃ vadhe smṛtā ||
rājñāṃ mṛga na māṃ mohāt tvaṃ garhayitum arhasi ||
acchadmanāmāyayā ca mṛgāṇāṃ vadha iṣyate ||
sa eva dharmo rājñāṃ tu tad vidvān kiṃ nu garhase ||
agastyaḥ satram āsīnaś cacāra mṛgayām ṛṣiḥ ||
āraṇyān sarvadaivatyān mṛgān prokṣya mahāvane ||
pramāṇadṛṣṭadharmeṇa katham asmān vigarhase ||
agastyasyābhicāreṇa yuṣmākaṃ vai vapā hutā ||
Панду сказал: «То поведение, что принято при убиении врагов, принято и при убиении зверей; не должно тебе, о олень, по заблуждению корить меня, царя. И без обмана, и хитростью дозволяется убиение зверей — это и есть дхарма царей; зная то, что же ты коришь? Мудрец Агастья, сидя на жертвенной сессии, ходил на охоту, освятив лесных зверей, посвящённых всем богам, в великом лесу. По дхарме, засвидетельствованной авторитетом, — как же ты нас коришь? Ведь обрядом Агастьи звериный жир приносился в жертву».
629a49a12c03 · published Jun 18, 2026, 5:52:39 PM UTC
Page between verses with
Здесь Панду защищается, ссылаясь на дхарму царей и на пример мудреца Агастьи. Знаменательно, что он опирается на пример (pramāṇa) и обычай: охота — признанное право и долг кшатрия, а Агастья освящал добычу жертвою. Но это довод правомерный, однако недостаточный: внешняя дозволенность деяния не оправдывает его, если нарушены высшие начала — здесь сострадание и уместность. Закон дозволяет царю охоту, но не всякое убийство равно: убить существо в миг любви — не охота, а жестокость. Так писание являет тонкое различие между буквой дозволения и духом дхармы: можно сослаться на обычай и всё же согрешить против сострадания. Спор Панду и мудреца — это спор внешнего права и внутренней праведности, и ответ мудреца покажет, что дух выше буквы.