«„Призову праотцов“, — [говорит он], и, названный ими „да будет так“, затем двумя ричами — „ушантас тва“ и „а янту“ — да призовёт [их]. Излив аргхью с [мантрой] „я дивья“, да подаст затем благовония и прочее; дав сперва дарбху, а сверху одежду, [даёт им] опору. Положив [дарбху] в сосуд праотцов, да поставит его опрокинутым к северу [со словами]: „Праотцам ты место“, — и да обнесёт [кушаньем]. И там сперва да совершит он, беззлобный, огненное дело, поднося обеими руками».