व्यास उवाच
ततो देवान् अगमद् धूमकेतुर्; दाहाद् भीतो व्यथितो ऽश्वत्थपर्णवत् ॥
तं वै दृष्ट्वा प्राह शक्रो महात्मा; बृहस्पतेः संनिधौ हव्यवाहम् ॥
यत् त्वं गतः प्रहितो जातवेदो; बृहस्पतिं परिदातुं मरुत्ते ॥
तत् किं प्राह स नृपो यक्ष्यमाणः; कच्चिद् वचः प्रतिगृह्णाति तच् च ॥
vyāsa uvāca
tato devān agamad dhūmaketur; dāhād bhīto vyathito 'śvatthaparṇavat ||
taṃ vai dṛṣṭvā prāha śakro mahātmā; bṛhaspateḥ saṃnidhau havyavāham ||
yat tvaṃ gataḥ prahito jātavedo; bṛhaspatiṃ paridātuṃ marutte ||
tat kiṃ prāha sa nṛpo yakṣyamāṇaḥ; kaccid vacaḥ pratigṛhṇāti tac ca ||
[Вьяса сказал:] Затем к богам пошёл Дхумакету [Агни], сожжения боящийся, дрожащий, как лист ашваттхи; его увидев, сказал Шакра, великий духом, в присутствии Брихаспати, Хавьявахане [Агни]: «[Куда] ты ходил посланным, о Джатаведас, [чтобы] Брихаспати вверить Марутте — что сказал тот царь, намеревающийся жертвовать? Принимает ли [моё] слово то [он]?»
930cc7a86bc0 · publicado 21 jun 2026, 3:40:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Грозный огонь возвращается «дрожа, как лист ашваттхи»: бог стихии устрашён жаром подвижника. Знаменательно противопоставление — испепеляющий всё Агни сам трепещет перед оком Самварты. Стих учит, что нет силы, выше которой не было бы иной; и даже устрашающий всех может встретить того, кто устрашит его самого, — ибо над всякой мощью стоит мощь духа.