«Душа же незамутнённая, чистая, чей образ — бытие, сознание и блаженство, свободная от всех оболочек, у йогинов сияет неколеблемая. И бескачественный высший бог от незнания является как бы обладающим качествами; при гибели незнания пребывает он, как прежде. Высший свет, неизмеримая душа, для обольщённых майею — как бы обладающий майею; при её гибели являет он учёному незамутнённый Брахман. Единый, второго не имеющий, высший свет незапятнанный, пребывающий внутренним правителем всех именно существ; малого меньший, великого больший, вечная душа, причина всей вселенной, которого видят первейшие из знающих, — выше высшего высочайшее, чистое. От „а“ до „кша“ установленный в различии звуков, древний Пуруша, безначальный, воспевается как „Брахман-звук“. Чистейший, нетленный, вечный, полный, пребывающий посреди пространства, блаженство, незамутнённый, умиротворённый — воспевается как высший Брахман. Йогины в сердце видят высшую душу, вечную, неизменную, нерождённую, чистую, — воспевается она как высший Брахман. Созерцание иное изреку — слушай, о лучший из муни, — людям, сожжённым зноем круговорота, равное дождю амриты».