शकुनिर् उवाच
धनंजयो वासुदेवो भीमसेनो युधिष्ठिरः ॥
नकुलः सहदेवश् च द्रुपदश् च सहात्मजैः ॥
नैते युधि बलाज् जेतुं शक्याः सुरगणैर् अपि ॥
महारथा महेष्वासाः कृतास्त्रा युद्धदुर्मदाः ॥
अहं तु तद् विजानामि विजेतुं येन शक्यते ॥
युधिष्ठिरं स्वयं राजंस् तन् निबोध जुषस्व च ॥
śakunir uvāca
dhanaṃjayo vāsudevo bhīmaseno yudhiṣṭhiraḥ ||
nakulaḥ sahadevaś ca drupadaś ca sahātmajaiḥ ||
naite yudhi balāj jetuṃ śakyāḥ suragaṇair api ||
mahārathā maheṣvāsāḥ kṛtāstrā yuddhadurmadāḥ ||
ahaṃ tu tad vijānāmi vijetuṃ yena śakyate ||
yudhiṣṭhiraṃ svayaṃ rājaṃs tan nibodha juṣasva ca ||
«Дхананджая, Васудева, Бхимасена, Юдхиштхира, Накула, Сахадева и Друпада с сыновьями — этих в битве силою не одолеть даже сонмам богов: великие колесничные, великие лучники, искусные в оружии, неистовые в бою. Но я знаю то, чем можно одолеть самого Юдхиштхиру, о царь; узнай это и прими».
8147aa5dbe10 · опубликовано 16 июл. 2026 г., 15:49:22 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Шакуни сам признаёт: Пандавов с Васудевою «не одолеть и сонмам богов». Знаменательно это вынужденное исповедание: зло, столкнувшись с хранимыми Господом, бессильно в честном бою — и потому ищет обмана. Стих учит, что неправда, не могущая победить открыто, неизбежно прибегает к коварству: где нет силы одолеть праведного, там измышляют, как уловить его хитростью. И самое «но я знаю иной способ» есть признание поражения наперёд: кто не смеет встретить врага лицом, тот уже побеждён в духе. Защищённость преданного такова, что зло вынуждено отказаться от меча и взяться за обман — а обман пред лицом Господа недолговечен.