धिग् अस्तु नष्टः खलु भारतानां; धर्मस् तथा क्षत्रविदां च वृत्तम् ॥
यत्राभ्यतीतां कुरुधर्मवेलां; प्रेक्षन्ति सर्वे कुरवः सभायाम् ॥
द्रोणस्य भीष्मस्य च नास्ति सत्त्वं; ध्रुवं तथैवास्य महात्मनो ऽपि ॥
राज्ञस् तथा हीमम् अधर्मम् उग्रं; न लक्षयन्ते कुरुवृद्धमुख्याः ॥
dhig astu naṣṭaḥ khalu bhāratānāṃ; dharmas tathā kṣatravidāṃ ca vṛttam ||
yatrābhyatītāṃ kurudharmavelāṃ; prekṣanti sarve kuravaḥ sabhāyām ||
droṇasya bhīṣmasya ca nāsti sattvaṃ; dhruvaṃ tathaivāsya mahātmano 'pi ||
rājñas tathā hīmam adharmam ugraṃ; na lakṣayante kuruvṛddhamukhyāḥ ||
[Драупади:] «Позор! Поистине, погибла дхарма Бхаратов и поведение знатоков кшатры, коль скоро преступленную грань куру-дхармы все куру в собрании [лишь молча] взирают. Нет, верно, [нравственной] силы у Дроны и Бхишмы, и так же у того великого духом [Видуры], и у царя [Дхритараштры]; ибо эту лютую адхарму не примечают [, не пресекают] главнейшие из куру-старцев».
a9afe9ca7019 · опубликовано 16 июл. 2026 г., 16:03:37 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Драупади обличает не насильника лишь, а молчащих праведных: «нет [нравственной] силы у Дроны и Бхишмы». Знаменательно, что вину она возлагает на свидетелей не меньше, чем на злодея: попустительство добрых страшнее дерзости злых. Стих учит, что молчание пред беззаконием есть соучастие: где старцы, имея власть пресечь, лишь взирают, там дхарма «погибла» их безмолвием. И «нет силы» (sattva) — не телесной, а нравственной: не доблести недостаёт им, а решимости встать за правду. Кто, видя поругание и могши вступиться, молчит, тот соучаствует в нём; и суд истории строг к свидетелям не меньше, чем к виновникам — ибо зло торжествует попущением добрых.