आर्जुनेः कर्म तद् दृष्ट्व प्रणेदुश् च समन्ततः ॥
नादेन सर्वभूतानि साधु साध्व् इति भारत ॥
शल्यभ्रातर्य् अथारुग्णे बहुशस् तस्य सैनिकाः ॥
कुलाधिवासनामानि श्रावयन्तो ऽर्जुनात्मजम् ॥
अभ्यवर्तन्त संक्रुद्धा विविधायुधपाणयः ॥
रथैर् अश्वैर् गजैश् चान्ये पादातैश् च बलोत्कटाः ॥
ārjuneḥ karma tad dṛṣṭva praṇeduś ca samantataḥ ||
nādena sarvabhūtāni sādhu sādhv iti bhārata ||
śalyabhrātary athārugṇe bahuśas tasya sainikāḥ ||
kulādhivāsanāmāni śrāvayanto 'rjunātmajam ||
abhyavartanta saṃkruddhā vividhāyudhapāṇayaḥ ||
rathair aśvair gajaiś cānye pādātaiś ca balotkaṭāḥ ||
Увидев то деяние сына Арджуны, все существа повсюду восславили [его] кличем: «Славно, славно!», о Бхарата. Когда же брат Шальи был сокрушён, многие его воины, выкрикивая имена [своих] родов и обителей, устремились к сыну Арджуны, разъярённые, с разным оружием в дланях — на колесницах, конях, слонах, и иные пешими, мощные.
ae6882429ed1 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:22:09 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Воины, бросаясь на отрока, «выкрикивают имена родов и обителей» — старинный обычай боевого вызова: называя себя, воин и устрашает врага, и ставит на кон честь рода. В этом — благородная сторона брани: бьются не безымянно, но открыто, под знаменем своего имени. Знаменательно, что само мироздание, восклицая «славно!», чтит подвиг отрока поверх вражды. Стих учит, что и в смертной схватке есть место чести — назвать себя пред врагом значит биться открыто, не таясь; что доблесть достойного вызывает хвалу всего сущего, не различающего станов; и что в обычае возглашать имя рода пред боем являет себя достоинство воина, кладущего на кон не только жизнь, но и честь предков, — хотя и эта честь обращена здесь против безвинного отрока.